ИЗ ПОКОЛЕНИЯ ПОБЕДИТЕЛЕЙ

120505 01 Общество

Скоро светлый праздник — 9 Мая, День Победы. Все меньше остается рядом с нами ветеранов войны, быстро уходит от нас в мир иной поколение Победителей. Живые свидетели и участники той войны для нас, как драгоценные реликвии, ими мы восторгаемся, им воздаем почести.  А тех фронтовиков, кто погиб на поле боя, умер от ран в госпиталях, всех, кто ушел от нас, мы вспоминаем.

Жагифару Досмухамедову в этом году было бы сто лет. Грех не вспомнить, ведь не дожил он до глубокой старости — от ран, горя и боли, лишений, всего, чем испытывала его война. Говорят, человек жив, пока живы те, кто его знал и любил. И мы решили мозаику жизни ветерана восстановить через воспоминания его близких и коллег, и в беседе каждый из них высветил наиболее важные детали его жизни, черты характера.

Нуржамал Ержанова, бывший экономист Гурьевской областной конторы Стройбанка:

—  Жагифар Досмухамедович  25 лет возглавлял наш коллектив. В то время банк финансировал строительство всей области, и в том числе такие крупные объекты, как строившуюся тогда железную дорогу  Гурьев-Астрахань, первый автомобильный мост в городе, всего не перечислишь. Я работала с ним только последние несколько лет, и, несмотря на это, у меня осталась о нем светлая память, большое уважение. В коллектив я пришла молодым специалистом после техникума. К руководителю боялась зайти, так как знала не понаслышке, какими высокомерными и недоступными они бывают. Но меня управляющий банком встретил приветливо, участливо расспросил, как я себя чувствую в новом городе и коллективе, о моих бытовых условиях и т. д. Позвал начальника отдела и попросил его помочь в становлении меня как молодого специалиста. Именно такое отношение удержало меня в этом коллективе надолго.

Жагифар Досмухамедович был немногословным, говорил коротко, но емко, самую суть. И никогда не повышал голоса, сначала внимательно выслушивал собеседника или  суть вопроса, а потом спокойно все разъяснял. Поэтому и в коллективе микроклимат был комфортный, благоприятный, люди работали подолгу. Для многих, в том числе и для меня, он стал наставником. Все знали, что он фронтовик, и очень его уважали. Он был из того поколения руководителей и специалистов своего дела, кто ничего не  разбазарил, считал все до копейки, экономил народные деньги, ничего не положил в свой карман, как это иногда  имеет место, особенно  в наше время. И когда он ушел на пенсию, мы его не забывали, навещали его, поздравляли с праздниками, особенно с Днем Победы, вообще уделяли ему внимание.

Есен Таскинбаев, Почетный гражданин Атырауской области и Жылыойского района, ветеран труда:

— Будучи в должности первого хозяйственника области, а именно председателя Гурьевского облисполкома, я, правда, не так долго, но имел тесные рабочие отношения с Жагифаром Досмухамедовым, поскольку он финансировал объекты, которые мы строили. Он был хорошим управленцем и менеджером и принципиальным человеком. Всегда требовал, чтобы при строительстве укладывались в смету, а прежде чем подписывать акт, обойдет, бывало, всю трассу, даже число сварочных швов посчитает, вот так, дотошно, так как любил справедливость, был честным человеком. Таких финансистов в то время было мало, и мы пользовались его профессиональными советами. Жагифар Досмухамедов избирался народным депутатом, его высокие профессиональные знания и добросовестная работа были отмечены медалью «За доблестный труд» и высокими званиями «Отличник финансовой работы» и «Заслуженный экономист Казахстана». И к ним надо прибавить его боевые награды — ордена «Красной Звезды» и «Великой Отечественной войны», которыми он гордился.

Булат Досмухамедов, старший сын, инженер компании Аджип:

— Я убедился, что память и уважение к моему отцу живы в сердцах людей, когда не так давно была свадьба моей дочери Динары. Когда сказали, представляя ее гостям, что это внучка Жагифара Досмухамедова, люди встали. Уважение к отцу, как к профессионалу и человеку, я наблюдал и в детстве, и позже. Из детства помню, когда мы жили возле бывшего горпарка, однажды к нам пришел человек —  сильно худой, неопрятный, в ватнике, но бабушка и мама его пригласили в дом, накормили, дали возможность помыться, одели и обули во все новое. Потом от дяди Жениса я узнал, что «дядя Вася» вышел из тюрьмы. Оказывается, Василий Ивашкин работал тогда начальником строительства газо- и нефтепроводов в Косчагыле, где мы тогда жили. Однажды сильно заболел и уехал в Москву лечиться, а на нефтепроводе в его отсутствие случилась авария; ему в то время грозил даже расстрел, он избежал этого, но, как «враг народа», устроивший якобы умышленный подрыв нефтепровода,  оказался с уголовниками в одной камере. «Первый, кто пришел ко мне, — рассказывал дядя Вася, — это Жагифар. Он фронтовик, и никого не боялся, и вообще был принципиальным и смелым человеком, он помог мне через адвоката и выйти из тюрьмы, и потом восстановиться в правах». Дядя Вася стал другом нашей семьи на всю жизнь. Они с отцом переписывались, посылали друг другу посылки, мы ездили к нему в Москву, где он позже работал начальником строительного треста. Детьми мы подоплеку этой истории не знали, а потом гордились этими поступками отца и наших близких. Поводов для гордости за отца было немало. Когда я уже работал конструктором опытно-методической партии в геологии, на одном из совещаний у начальника базы «Геологтехкомплект» обсуждался вопрос: откуда взять средства для финансирования одного из объектов. Долго человек двадцать, присутствовавших на совещании, ломали головы и обсуждали. Как внезапно бывший тогда начальником геологического СМУ Югай воскликнул: «Ну, что мы сидим и тратим время, пойдем к Досмухамедову, он любую «болячку» вылечит и все сделает по закону». Мне приятно было слышать такое об отце. Вопрос действительно был решен. Отец был скромным, мы не слышали от него самовосхваления. Но однажды, уже будучи взрослым, я пришел домой и похвалился отцу, что на руководящую должность меня утверждал «сам» Сагингалиев, начальник «Эмбанефти», отец немного усмехнулся и сказал: «А меня утверждали в Москве, на Политбюро ЦК компартии».

Сако Тажибаев, племянник Досмухамедова, профессор кафедры высшей математики Атырауского  института нефти и газа:

— Жаке — брат моей матери, мой дядя. Наши семьи дружили, потому что мой отец познакомился с семьей Досмухамедовых еще в юности. Досмухамедовы в 30-х годах подверглись конфискации имущества,  и, оставшись ни с чем, без средств к существованию, уехали из своего села в другой район Кустанайской области. От расстройства и от недоедания, лишений родители Жаке, оба  по дороге умерли, оставив четырех детей. Дети потом жили у различных родственников. Позже отец женился на моей матери — Ханзаде, сестре Жагифара, и взял в семью самую младшую сестру моего дяди Амину. Когда началась война, моего отца, как человека партийного, отправили в Атыраускую (Гурьевскую) область, возглавить Испульский райком партии. А Жагифар ушел на фронт. Вернувшись с фронта, приехал в наш город, женился на хорошенькой секретарше Марии, которая работала в приемной моего отца. Так сводила нас сама жизнь. К слову, Мария Тапалова и сама была личностью, за хорошую работу в сфере торговли в свое время была награждена орденом «Знак Почета». Она была достойна своего супруга, столь уважаемого человека. Жагифар был строгим человеком, например, мы, дети, не то, что кататься или ездить, никогда не подходили к его служебной машине. Ведь она была государственной, ее надо было беречь. Он очень любил своих детей, они часто у нас гостили. Моя мама меня наставляла: про родственников никому не говори, нет у нас никого. Она имела в виду своих родственников, которые подверглись репрессии, и мы ничего о них не знали. Найти некоторых из них, например, двоюродных братьев, помог дядя Жагифар. Это было непросто, ведь тогда не было ни компьютеров, ни интернета и даже телевизора. Родственники жили в Омске, в Тюмени, и мы туда ездили. Когда Амина осталась вдовой, дядя привез ее из Украины, где она жила, к нам. Он ведь с детства был сиротой и очень дорожил родственными отношениями. Мы ездили с ним в Кустанай, и он показывал мне могилы родственников.

 Ганга Досмухамедова, дочь,  учитель средней школы старшеклассников г. Атырау:

— Я пятый, самый младший в семье ребенок, и потому буквально купалась в родительской любви и ласке. Считаю за счастье, что родилась и выросла в дружной интеллигентной семье, где царило понимание, дружба и любовь. Мама была к нам строга, а отец нас баловал. Он был строгим на работе, а дома отдавал свою любовь нам, детям, семье.  Но Булата, Самата и Талгата — моих братьев старался воспитать, как настоящих мужчин, был к ним строже. Булат, старший, был его правой рукой во всем. К слову, все они стали хорошими инженерами. А вот Райхан, старшая сестра, пошла по стопам отца,  долго работала в банке, потом десять лет в облфинотделе.  Родители хотели, чтобы я стала учителем, их мечта сбылась — я работаю  в школе уже более 30 лет. Отец не любил вспоминать о войне,  слишком много она горя принесла народу. На фронте он был не однажды ранен, например, в ногу, и на шее остался шрам. Говорил, я счастлив, что не попал в плен, ведь известно, что таких людей после войны несправедливо сажали в тюрьмы, как предателей. И что ранения были не столь тяжелы, так как раны у него от осколков взорвавшихся рядом снарядов, которые, к счастью, не задевали глубоко. Он говорил, что на войне было страшнее и труднее, чем это показывают даже в самом лучшем и честном кино. Из его рассказов я запомнила, как в конце войны, а он дошел до самого Берлина, прошел с боями Украину, Белоруссию, Европу,  на фронте у солдат плюс к их армейской баланде появились шпроты,  они их ели впервые. Это была помощь нам от США. И еще, отец вспоминал солдатские сто грамм, которые давали перед боем каждому солдату, наверное, для храбрости. И на 9 мая отец с товарищами всегда выпивал эти100 грамм, была традиция. И еще, как под Ельней на Украине отец чудом остался жив. Он ехал в поезде, который вез советских солдат дальше, на линию  фронта. И когда поезд ехал через мост, фашисты решили пустить его под откос. Снаряды начали падать на вагоны с людьми, когда поезд еще не въехал на мост. Отец был в последнем вагоне, и ему удалось выпрыгнуть из него. Так он остался жив. Мы, его дети, теперь бережно сохраняем все, что связано с боевым прошлым отца, его фотографии, рассказы. Храним и память о его делах в мирное время, ведь это дорого не только нам, это история нашего родного города и народа.

Тамара

МАКСИМИХИНА 

Поделиться с друзьями

Администратор сайта

Оцените автора
( Пока оценок нет )
Прикаспийская коммуна

Комментарии закрыты.

  1. Мурат Досмухамедов

    А вопрос к интервьюированным: Если так сильно уважаете этого человека, кто нибудь назвал своего ребенка именем знаменитого деда? Сомневаюсь…