ДВЕ СУДЬБЫ, СПЛЕТЕННЫЕ В ОДНУ

СУДЬБЫ СПЛЕТЕННЫЕ В ОДНУ Личность

Рассказывая о Жонас Сарсеновне, невозможно вести линию её жизни в отрыве от её самого близкого друга Макаша Балгимбаевича, с которым у них всегда было полное взаимопонимание, согласие и очень красивая, выдержавшая испытание временем, закаленная в трудностях, расцветавшая в радостных событиях, которыми была богата их жизнь, Любовь. Они, действительно, как поется в известной песне: «Вечная нежность, вечная память друг друга».

Земляки, они, тем не менее, встретились в Москве, где оба учились в институте имени Губкина. Жонас – открытая, жизнерадостная, на первый взгляд, беззаботная хохотушка, выбрала для себя столь серьезную специальность — геофизику. Её отговаривали и родные, и друзья — это ведь очень сложная профессия, не только требующая большой сосредоточенности, вдумчивости, умения правильно анализировать и интерпретировать данные, но и сулившая в будущем постоянные командировки, отсутствие бытовых удобств. Больше всех сетовала бабушка Жонас, женщина, хоть и не получившая большого образования, но очень мудрая, знала наизусть «Козы-Корпеш и Баян-Сулу». Она много полезного заложила в головки своих внучек, готовила их к будущей роли матери и хозяйки дома. Все сокрушалась, что Жонас не едет учиться на доктора в Актюбинск, а вот собралась в Москву, так далеко. И профессию какую-то мужскую выбрала.
Ничего удивительного. Ведь ее отец Сарсен Саппаев тоже был нефтяником, вырос в крупного специалиста и организатора нефтяного производства. В системе нефтяной промышленности работали и братья. Мендыгали сегодня — директор «ШевронМунайГазинк». Осознавая все предстоящие сложности, Жонас не отступила от своих намерений. Она умела настоять на своем. Впрочем, как и все Саппаевы. Она была старшей из семерых детей Саппаевых. Каждый из семерых братьев и сестер теперь прекрасные специалисты, яркие личности. Сказываются, видимо, гены – все, кто знали Сарсена Саппаева, отмечали его необычайный интеллект, остроумие, коммуникабельность. Вот и Жонас достигла немалого авторитета и признания. В нефтяной энциклопедии Казахстана, где представлены самые заслуженные люди, внесшие свой вклад в становление нефтяной отрасли, есть и о ней статья, где рассказывается об ее успешном карьерном росте от техника-вычислителя до начальника контрольно-интерпретационной партии по геофизическим исследованиям скважин объединения «Казнефтегазгеология». О том, что за выдающиеся заслуги в геологической деятельности её имя занесено в Золотую Книгу Почета КазССР. Она награждена медалями «За заслуги в разведке недр», «За доблестный труд», « Ветеран труда», Почетными грамотами ЦК профсоюза, Министерства геологии КазССР, ЦК Компартии Казахстана. А сколько почетных грамот, благодарственных писем.
И все это справедливо и заслуженно, все достигнуто потом, нелегким трудом, а пока, в 1953 году, вместе со своей неразлучной школьной подругой Валей Ветровой поехала в Москву. Поступила в институт, закончила его. И стала первой казашкой — горным инженером-геофизиком.
Вот как вспоминала о годах их учебы и о знакомстве с дорогим Макашем Балгимбаевичем самая близкая ее подруга Валентина Павловна Ветрова:
«Мы с Жонас окончили школу им. Кирова и поехали поступать в Московский нефтяной. Жили в общежитии, родители наши богатыми не были, поэтому мы отказались от их помощи, жили на стипендию в основном. И среди москвичей и ребят из разных городов у нас было много друзей. Но жили единой семьей мы — казахстанцы, из Алматы, Актюбинска, Уральска, в основном гурьевчане были. Мы посещали все театры, музеи Москвы. На ВДНХ побывали — все там для нас было словно ожившая сказка (кстати, среди этой сказки и зародилась взаимная симпатия Жонас и Макаша: там они впервые оказались вместе и познакомились. Может, поэтому и была она такой прекрасной и возвышенной — их любовь)».
Макаш Балгимбаевич не очень любил показывать свою нежность, вообще во всем не любил показухи. Но от этого чувства были не менее искренни и глубоки. Интересный случай вспоминает она. После свадьбы молодой супруг обратился к Н. Имашеву, бывшему тогда главным геологом управления, с просьбой представить ему работу на том промысле, где могла бы работать и его жена. Тот предложил Косчагыл, но с одним условием, если Макаш составит рациональный проект по оптимальному расположению проектно-эксплуатационных скважин. Тот сделал десять вариантов — и все не был удовлетворен. Только 11-й показал Имашеву. Который и был, конечно же, одобрен. И таким был Балгимбаев во всем. Все делал тщательно, скрупулезно, вдумчиво. Долгие годы профессиональные обязанности он совмещал с выполнением обязанностей неосвобожденного секретаря парткома. Три года — с 62-го по 65-й — был секретарем Эмбинского райкома партии. И люди уважали его, верили. Но все-таки он решил вернуться в геологию.
Жонас также была активной общественницей. Избиралась председателем профкома, парторгом Косчагыльской и Биикжальской промыслово-геофизических партий, ЗКЭГИС, работая геологом, старшим геофизиком, начальником партии по обработке геофизических материалов, была одним из активнейших лекторов общества «Знание», женсовета, избиралась делегатом областного съезда женщин. Много лет подряд была делегатом районных и областных партийных конференций, людям старшего поколения ясно, о каком авторитете человека говорит этот факт.
При том, что и доныне все знавшие её, работавшие вместе, отзываются о Жонас, как о прекрасном специалисте, она всегда сама отводила себе вторую роль: не может быть двух главных. Да, это была пара настоящих профессионалов, активных людей. Все, кто бывал в их доме, ощущал особую, теплую атмосферу. Так бывает, когда в семье царит лад, взаимоуважение, забота друг о друге. Несомненно, Макаш Балгимбаевич, при всех его данных, не достиг бы таких высот и такого признания, если бы не ощущал такого надежного тыла. И это при том, что Жонас всегда работала. И была занята еще и в нерабочее время. Но едва мы заговорили об этом, Жонас Сарсеновна стала с горячностью доказывать, что не её это вовсе заслуга, а родителей Макаша Балгимбаевича. Балгимбай-ата переехал к своему кенже-бала сразу же после рождения у того первого ребенка. И сказал, что негоже Жонас, получившей такое образование, заниматься только домом и ребенком. С внучкой они помогут, а она пусть спокойно работает.
И она действительно работала спокойно, но спокойно только в том смысле, что не тревожилась за ребят (вскоре и вторая доченька у них родилась. А уже после в Биикжале и сын появился — Гарифолла — наследник и продолжатель их дела, он выбрал профессию нефтяника). А вообще, она была очень активным, очень деятельным работником. Пятнадцать лет на промыслах Доссора, Косчагыла, Кульсары. И строгим руководителем, когда уже она направляла труд довольно большой группы специалистов.
Так и шли они по жизни. Помогая и поддерживая друг друга. Перейдя из стадии молодой влюбленности к глубокой спокойной нежности, взаимной заботливости. К роли родителей, дедушки-бабушки. Кстати, памятуя о своих свекре и свекрови, она сама, став свекровью и тещей, всегда старалась быть внимательной к новому члену семьи. Они с мужем верили, что их пример, вся благожелательная атмосфера в доме сделают свое дело. И так и случалось.
Да, Жонас Сарсеновна, Вы очень богатый человек — трое детей, шестеро внуков. А сколько родственников, друзей. Она всегда была очень верна в дружбе. Потерю подруги Валентины перенесла не намного легче, чем смерть своих близких. Судьба словно хочет проверить ее крепость — не так давно ушел из жизни дядя — генерал КГБ Бисен Саппаев. Совсем недавно проводили племянника, всеми уважаемого и почитаемого нашего земляка Нурлана Балгимбаева. Очень тяжко было, хорошо, что рядом надежное плечо старшего брата мужа участника войны Утали. Она крепится, перебирает в памяти все то хорошее, что было с нею и с ее родными. И оказывается, что радостей было много.
Любовь МОНАСТЫРСКАЯ

Поделиться с друзьями

Администратор сайта

Оцените автора
( Пока оценок нет )
Прикаспийская коммуна