ВОТ ТАКАЯ СУДЬБА: СУРОВАЯ И ГОРДАЯ

Деятельность Сабыра Шарипова в истории развития и освоения нефтяной Эмбы занимает особое место.
Сабыр Шарипов (настоящее имя — Мухаммедсабыр Шарифович Давлетшин) — казахский советский писатель, общественный деятель, автор многих известных литературных произведений. В 1982 году вышел из печати двухтомник избранных произведений. В Алма-Ате установлен памятник-бюст С.Шарипову
Судьба его извилиста, а жизнь не столь уж продолжительная (он умер в июле 1942-го, спустя 10 дней после своего 60-летия) настолько наполнена событиями, столько испытаний преподнесла, что их хватило бы на несколько долгих жизней.
Сирота, которого вместе с сестренками брали на «коллективный, поочередной прокорм» односельчане. Едва подрос, решил убежать от этой гнетущей опеки, скитался на Каме, Волге, с кем только не сводила его судьба, пока он, подобно другому пролетарскому писателю, проходил «свои жизненные университеты», зарабатывал свой достаточно горький кусок хлеба. Но внутренний стержень, который в нем ощущался с малых лет, не позволил ему согнуться под жизненными тяготами. Он все сильнее тянулся к знаниям: ведь едва успел окончить три класса, как умер отец, и ему пришлось нищенствовать вместе с сестренками, пока земляки не пригрели. Когда узнал, что в Павлодаре открывается сельскохозяйственная школа-интернат с «полным пансионом», постарался поступить туда. Ему поспособствовали люди, которым он помогал по хозяйству. Видели, что парень сообразительный, предрекали ему неординарную судьбу. В школе получил специальность столяра и монтера по сельскохозяйственным машинам. Эти профессии ему пригодились, но довелось поработать и плотником, заведующим складом, переводчиком, учителем, счетоводом, письмоводителем — трудно перечислить все профессии, которые он перепробовал за годы мытарств. Многое потом отразил он в своих автобиографических записках. Да и произведения его, хоть и не документальные, тоже — отражение его собственной жизни, всего, что он видел, чувствовал. В первом произведении своем — повести «Алтыбасар», вышедшей в свет в 1923-1924 годах в журнале «Кызыл Казахстан», Сабыр Шарипов показывает дореволюционную жизнь, обычаи и традиции казахского народа, взаимоотношения рабочих разных наций, их положение в обществе, бесперспективность кочевой жизни, призывает к оседлости. Профессор, доктор филологических наук Турсынбек Какишев в предисловии к сборнику его произведений писал: «По своей трудности жизненный путь Сабыра Шарипова перекликается с революционной деятельностью Алиби Джангильдина и Сакена Сейфуллина. В его произведениях присутствует страстное желание знать и уяснить себе особенное в жизни того народа, с которым он познакомился, сжился, он знал казахский язык так же прекрасно, как родной (Шарипов — татарин). Увиденное воздействовало на поэтическое сердце и потребовало выхода, появилось непреодолимое желание рассказать другим обо всем увиденном. Насколько положительно встретила его казахская литература, говорит хотя бы тот факт, что Сакен Сейфуллин сам собирал рассказы Шарипова, опубликованные в разных журналах, редактировал. Приложил все силы, чтобы вышла его книга, к которой сам написал предисловие, где отмечал, что до выхода «Алтыбасар» не было еще произведения о казахских крестьянах, занимавшихся земледелием. Главная идея «Алтыбасара» — показ взаимоотношений трудового люда разных наций, описание их положения в обществе, звериной сущности политики царского правительства. Его повесть «Беззаконие» посвящена теме классовой борьбы, развитию капиталистических отношений в казахской степи. Повесть «Бекболат» основана на исторических событиях, а прототип Бекболата — национальный герой казахского народа Амангельды Иманов, предводитель национально-освободительного движения 1916 года».
Сабыр Шарипов — плоть от плоти народа — сочувствовал всем тем, чьи страдания и унижения он видел. И он выбрал для себя путь борьбы за освобождение и счастье людей, подобно Амангельды и другим народным батырам. Известие о февральской революции 1917 года застало его в Кокчетаве, там и вступил в члены РСДРП, а спустя некоторое время был избран секретарем. Вот как он сам пишет об этом: «Февральская революция до нас дошла 3 марта, и с этого времени мы начали самоопределяться, кто как умеет. С этого момента начинается моя активная работа в революционном движении. Еще в 1905 году, в бытность мою в степи, мною велась кое-какая подпольная революционная работа в виде пропаганды и распространения прокламаций и воззваний, особенно после январских событий. Но после 1910 года все это застыло на точке замерзания. Революционное настроение вновь начало укрепляться с 1915 года. Но долгое время я не знал, где найти революционеров, как с ними связаться. С этой целью зимой ездил в Москву, Казань, Тюмень, Омск. Только в конце 1916-го удалось связаться в Кокчетаве с тов. Домецким, впоследствии расстрелянным чехословаками. Здесь я участвовал в создании уездного совета рабочих, солдатских и казачьих депутатов». Надо отметить, что он работал с самыми реакционными группами казаков, сплошь из высшего командного состава. Очень трудно было убеждать их в том, что новая власть не враг им, а несет свободу. И все же до Октябрьской революции, были созданы и казачий комитет, и гарнизонный, и совдеп, а группа социал-демократов выросла с 15 до 47 человек.
Сабыр Шарипов участвовал в установлении Советской власти не только в Туркестане, но и в Сибири. «В мае 1918-го я был делегирован на первый съезд Коммунистической партии Западной Сибири, проходивший в Омске. 25 мая вспыхнуло восстание белочехов. И все делегаты, конечно, встали под ружье». Но 7 июня Омск пал, и Шарипову пришлось испытать немало тягот и опасностей, пока в ноябре не добрался до Туркестана, где едва не был расстрелян как «беляк», благо нашлись товарищи, знавшие его. Потом он совершал рейды в тыл колчаковских войск, расположение белочехов, где вел подпольную пропагандистскую работу. И когда была создана во ВЦИК специальная комиссия по Туркестану, его включили в ее состав, как хорошо знающего ситуацию и настрой людей. Был откомандирован в Атбасарский уезд, где до этого он порядка десяти лет прожил — работал в волостном управлении, кредитных товариществах — его многие знали, как компетентного, порядочного человека, ему доверяли, — назначили комиссаром труда, а вскоре он стал председателем губернского облисполкома. И здесь в 1923 году он инициировал и провел через президиум губисполкома решение о создании опорно-показательных поселков для казахов, преследуя этим сразу две цели: во-первых, спасти голодных, а во-вторых, дать толчок к оседлости. И эти поселки стали настоящим образцом нового жизненного устройства.
Как принципиального, кристально чистого человека, его избирают в коллегию Верховного суда Казахстана и одновременно членом Главного дисциплинарного совета. Как трогают его бескомпромиссность и преданность идее, которые ощущаются в каждой строчке, написанной им, как в литературных произведениях, так и в документах. В своей автобиографии, например, он честно указывает, что «имеет выговор ВЦИК за произведенный арест заведующего мелпродом Никитина. Этот выговор был обжалован КазЦИКом и мною лично, но отмены не последовало. И все-таки арест Никитина был заслуженным».
Вот уж чью жизнь, поистине, нужно описывать и изучать. Сабыр Шарипов не имел возможности заниматься писательским трудом на профессиональном уровне и отдаваться ему целиком. Новая жизнь и неуемная жажда созидания вновь и вновь заставляли его браться за практические дела. Нам, конечно, подробнее хочется узнать о его вкладе в нефтяную отрасль. Около 20 лет (с перерывами) работал он в нефтяной сфере: заместитель управляющего союзным трестом «Эмбанефть», директор Кульсаринской конторы глубокого бурения, генеральный директор геологоразведочного управления треста «Эмбанефть». При его непосредственном участии и руководстве открыты месторождения Иманкара, Таскудук, Курсай, Доссор, Макат, Байчунас и ряд других.
По рекомендации казахстанской партийной организации Совет народного хозяйства направил Шарипова заместителем управляющего Урало-Эмбинским бассейном. Преследовалась цель не только восстановления эмбинских промыслов до дореволюционного уровня, но, главным образом, развитие казахского пролетариата и усиление работы партийной организации, что подчеркивалось ЦК РКП(б) в постановлении «О положении в Казахстане». Активная деятельность Шарипова, как уполномоченного Казахского обкома Компартии, была видна во всем. И еще находил время выступать в периодической печати по вопросам профессиональной подготовки квалифицированных национальных кадров, об условиях работы и быта рабочих, «Доссор и национальный вопрос». Все эти статьи потом вошли в книгу «Нефть», выпущенную в 1929 году Казиздатом. После выхода постановления ЦК ВКП(б) «О положении в нефтяной промышленности», где акцентировалось внимание на развитии поисковых геологических работ в нефтеносных районах страны, в частности в Приуралье и на Эмбе, Сабыр Шарипов назначен управляющим Темирским районом «Эмбанефти», в котором разведка получила значительный размах, а в конечном итоге заметно выросла добыча нефти.
Благодаря неустанному самообразованию, активной производственной деятельности с внимательным изучением технологии разведки и добычи, Шарипов становится крупным специалистом в области нефти, что послужило основанием для назначения его в 1932 году директором-инспектором советско-иранского акционерного общества «Кевир-Хуриан Лимитед». Иранский период его жизни был насыщен активной деятельностью на благо укрепления экономических связей и дружбы двух народов. Написанная им по впечатлениям, полученным в этот период, повесть «Рузи Иран» (1935 г.) посвящена жизни иранского народа, советским эмигрантам, выехавшим в Иран в поисках лучшей жизни. А во второй повести об Иране — «Ляйля» (1937 г.) описана любовь двух молодых людей, которая стала символом освободительной борьбы. Как отмечают историки литературы, эти произведения были первыми в казахской советской литературе, созданными на основе непосредственного впечатления от заграничной жизни.
Возвратившись из-за границы, Сабыр Шарипов работал уполномоченным Наркома внешней торговли по южным областям Казахстана. Затем недолго, но очень плодотворно трудился старшим научным сотрудником Института марксизма-ленинизма при ЦК КП Казахстана. Принимал самое активное участие в подготовке празднования 20-летия национально-освободительного движения казахского народа 1916 года, события которого ему были досконально известны и близки.
Активная литературная деятельность все-таки не до конца удовлетворяла Сабыра Шарипова. Ему хотелось принимать непосредственное участие в становлении молодого государства, «в буче боевой, кипучей». С конца 1937 года он снова на производстве, работает директором сначала Кульсаринской, потом Доссорской конторы глубокого бурения, а с 1940 года директором геолого-разведочной конторы треста «Эмбанефть». Нефтяники заслуженно считали его своим наставником, видели его компетентность и энергичность, любили и уважали за скромность, трудолюбие и обязательность. Но 15 мая 1941 года его деятельность, направленная во благо родной страны, была принудительно прервана. Ему были предъявлены незаслуженные обвинения. Своей дочери Фариде, тоже выбравшей нефтяную стезю — инженеру-геологу Верхнечусовской разработки, он писал: «Совесть моя чиста перед Советской властью… Был 25 лет коммунистом и остаюсь им». 17 июля 1942 года оборвалась жизнь этого выдающегося человека, крупного организатора, талантливого писателя, патриота.
Знакомясь с его биографией, его талантливейшими, самобытными произведениями, оценивая его вклад в становление нефтяной Эмбы, испытываешь чувство огромной гордости за наших отцов и дедов, своей неустанной деятельностью преобразивших мир.

Любовь МОНАСТЫРСКАЯ
Материалы этой рубрики готовятся при поддержке АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз»

Поделиться с друзьями

Администратор сайта

Оцените автора
( Пока оценок нет )
Прикаспийская коммуна