ИЗ ЧИСТОГО ИСТОКА

чистого истока Общество

Для каждого человека родители — самые главные на свете люди. И в идеале, хотим мы того или нет, мы все равно подражаем им, хотим быть похожими на них. А мечта наших пап и мам — чтоб их дети стали в первую очередь полноценными и полезными обществу гражданами своей страны. И если мы, их дети, достигаем каких-то успехов, становясь квалифицированными специалистами или хорошим семьянином, то за это мы бесконечно благодарны им, нашим предкам, которых любим и помним.

Наш отец Жубандык Таубаевич Таскарин родился в Тайсойганских песках, на джайляу Караколь, в селе Жамбыл Кызылкогинского района. До самой смерти отец сохранил любовь к родной земле. В народе говорят, что каждый из нас похож характером на климат и природу родной местности. Стало быть, истоки отцовской чистоты следует искать в родных водоемах, в солончаках, для него столь дорогих.
Детство моего отца совпало со сложными для страны временами: конфискация частных хозяйств, массовая гибель населения вследствие голодомора, миграция населения, репрессии, первые ТОЗы (товарищества по обработке земли), насильная коллективизация. Как известно из истории, в этот период больше половины казахов, а их тогда насчитывалось всего 4,9 млн., погибли. В это сложное время особенно высвечивались качества людей и кто-то показал себя не с самой лучшей стороны. Тем более могу гордиться, что наш дед Таубай был трудолюбивым порядочным человеком и немало помог односельчанам. О нем тепло вспоминали сверстники Капез, Моншак, Коспаков Зинеден, Ыклас, покойный Жанаш. Как говорил Капез Ибраев: «Он мог точно спрогнозировать будущее своих детей, и предсказания его сбылись». Именно благодаря своей прозорливости и сметливости дедушка мог найти общий язык с людьми.
Хозяйство его было небольшим, и он отлично управлялся с ним. А кроме этого, перегонял скот из Караколя в Оренбург, Туздыколь (Соль-Илецк), Орск, и, продав его, по возможности обеспечивал продовольствием местных жителей. В поездки он брал с собой и сыновей Орынбасара, Жубандыка и Демеу. А вообще у моего деда было три сына и две дочери — Шайза, Жыгаш. Я его увидел уже в 1949-1950 годы прошлого века, когда мне было 7-8 лет. Высокий, крупный человек, несколько сухощавый, с продолговатым смуглым лицом. Он был спокойным, рассудительным, очень мудрым и добрым.
По рассказам дедушки, мой отец Жубандык Таскарин с детства был смышленым, внимательным, любил слушать песни. К тому же был хорошим наездником. С малых лет он участвовал в байге на больших сборищах и тоях. Вплоть до последнего времени пожилые люди (покойные Кытия апай и Жидеш апай, Надя-жиен апай) очень интересно рассказывали о поступках и характере отца. Вначале он пошел в начальную школу, затем в 1929 году окончил Каракольскую семилетнюю школу для казахской молодежи. Он очень любил учиться, поэтому после окончания школы поступил на учительские курсы в Соль-Илецке. Тогда как раз был период массового ликбеза и очень нужны были учителя. И дальнейшее его образование не закончилось на курсах — он продолжил учебу в Гурьевском педагогическом техникуме. С 1933 года он начал работать учителем начальной школы в Забурунье (тогда село относилось к Денгизскому, а сейчас — к Исатайскому району), затем был назначен заведующим учебной частью. Позже школа была укрупнена и стала средней, а наш отец был назначен ее директором.
Работал Жубандык Таубаевич Таскарин после и инспектором, и заведующим районным отделом образования. Но школа всегда оставалась дорога его сердцу, где он был первым директором. В то время Забурунская средняя школа была известным очагом образования. В ней учились многие видные руководители и общественные деятели: покойные Капизолла Куанышбаев, Халекес Ахтанов, Ауман Байдолов, Сапи Ахметжанов, Зейнеден Хурасов (известный лекарь и костоправ), Демеу Таубаев и Жыгаш Таубаева и т.д. К слову, прежний корпус школы был до недавнего времени расположен на окраине села, на морском побережье. Вода периодически то подходила к самому селу под влиянием ветра, то уходила. 15 лет назад в Забурунье построили новую типовую школу.
Отец гордился своими учениками, а они тоже помнили своего педагога. Я, когда уже сам начал работать, немало слышал от них об отце. К примеру, как рассказывал Зейнеден ага: «Он очень любил коней, выбирал самого красивого коня, украшал его упряжью. Был очень хорошим учителем, внимательным к людям руководителем».
После руководства Забурунской школой отец назначался инспектором и заведующим отделами образования Новобогатинского (Исатайского), Эмбинского (центром которого тогда был Косчагыл) районов. А в первые годы войны отец был директором Кебиркольской средней школы в селе Тургызба. Тогда он жил с семьей в одном из помещений «белой школы», как ее называли. Там родился и я.
В 1942-1954 гг. Жубандыка Таубаевича избрали на партийную работу, и он стал заведующим организационно-партийным отделом Эмбинского райкома партии. Позже был назначен вторым секретарем в Макатском, Мангистауском районах, заместителем директора управления строительства на промысле Каратон, председателем районного профсоюза нефтяников, секретарем партийной организации, начальником Кульсаринской базы объединения «Казахстаннефть».
Это еще один из очень сложных, полных невзгод периодов области. Отдав все силы обеспечению фронта, народ вымотался, многие специалисты не вернулись с фронта, нужно было обучать пополнение. И, конечно, активисты должны были быть в первых рядах. Мой отец также внес свой вклад. Как я заметил уже позже (и потом сам использовал такой принцип, когда был на партийной должности), папа выбирал из всех возложенных на него поручений самое сложное и, методично и настойчиво выполняя его, попутно решал и остальные вопросы.
После прихода на партийную работу в поселок Косчагыл отец переселил нашего деда Таубая и его детей Демеу и Жыгаш в местность Еркебай, расположенный в 5-6 километрах к западу от села Тургызба. Там у деда была зимовка (сейчас остались только бугорки). Старший сын Таубая — коке Орынбасар — во время переезда из Соль-Илецка остался в Кызылкоге и потом долгие годы работал связистом в Ащыкудуке на Доссорско-Карабауской линии. А его дочь Шайза еще в Забурунье вышла замуж за Наби жезде и осталась там. Сейчас уже и тетя, и дядя умерли, остались их дети, которые живут в селе Ельтай Индерского района.
В 1947-1949 гг. отец стал вторым секретарем райкома партии в Мангистауском районе, который тогда был в составе Гурьевской области. Районным центром было село Таушык. Здесь в 1948 году я пошел в школу.
После Мангистау мы стали жить в поселке Каратон, где отец работал заместителем начальника строительного управления №5 треста «Казахнефтестрой». В то время в Каратоне проживало много представителей различных национальностей: белорусы, украинцы, русские, молдаване. Все они говорили по-русски. Мой отец со всеми был в хороших отношениях, часто ходил в гости. Иногда брал с собой и меня, тогда 10-летнего.
Помню, как однажды отец заказал детский стульчик, и мы с ним отправились забирать его у мастера. По дороге он попросил меня не забыть сказать мастеру «спасибо». Я про себя загордился: это отец считает, что я не знаю русского языка, а на самом-то деле я его хорошо знаю. Однако, взяв стульчик, вместо «спасибо» сказал «до свидания». Но моему незнанию взрослые только посмеялись по-доброму. И я понял, что нужно не гордиться прежде времени, а действительно учиться.
С начала 1950-х гг. мы постоянно проживали в Кульсары. Отец работал здесь начальником производственной базы. В то время это был небольшой городок, промышленный центр, и делился на две части: старый и новый Кульсары. По центру местности проходила железная дорога, по которой жители ездили в Макатский район. В Кульсары выделялись три поселка. Поначалу мы жили возле двухэтажной школы имени Абая, в крайнем из расположенных в два ряда восьми финских домов.
В Кульсары прошли мое детство, отрочество и юность. С детства отец старался всюду брать меня с собой. И с малых лет я привык бывать в просторных степях, среди взрослых, слушать их содержательные беседы — действительно, тогда, кажется, за дастарханом не пустословили, люди больше говорили о производстве, часто тут же и решались какие-то проблемы. Соседями у нас были тогдашние начальники производств: Керей Закарин, Ергожа Тауманов, Кубай Жангалиев, Бокай Карамурзиев, Камаш Тажибаев (директор школы). Все они были видными руководителями, оставившими свой значимый след в жизни района. Позже это оказало самое благотворное влияние на мою работу. В сердце моем, как наследие от отца, остались привычка познавать людей, обдумывать их поступки, не рубить с плеча, все решать спокойно, рассудительно. Главной же обязанностью начальника он считал понимать настроения и чаяния подчиненных и уметь найти к ним подход.
Различные обстоятельства складывались в жизни отца. Работал он в различных сферах, но где бы он ни трудился, всегда мог зарекомендовать себя как умелый работник и хороший организатор. И когда началось движение «тридцатитысячников» — ему одному из первых предложили попробовать себя в новом деле — поднятии сельского хозяйства. И мне кажется, что те годы, когда он руководил колхозом, были сложными, но одной из ярких страниц его жизни. Он был избран председателем правления укрупненного колхоза «Казахстан». И проработал он там восемь лет. Нелегко было доселе далекому от аграрной отрасли человеку вникать в незнакомое дело. Но задача поставлена и нужно было ее выполнять. Помогали, конечно, Жубандыку Таскарину как всегда его открытость и общительность. Он был вместе со своими сельчанами, учился у них и этим заслужил уважение жителей.
С годами, вспоминая отца, я заметил, что в методах его работы были свои особенности. Прежде всего, он заботился об общих интересах, был простым в общении и скромным человеком. Жители видели его заинтересованность в успехах колхоза, старания улучшить их жизнь и потому доверяли ему и поддерживали. В 1955 году село Шокпартогай было центром колхоза, где располагалось всего несколько домов, большая же часть населения жила в землянках (или, как тогда назывались, мазанках).
Здесь не было ни света, ни связи, ни дорог, топливом служили кизяк и камыш с берегов Эмбы. Техники немного, основным транспортом были лошади и верблюды, телеги и сани. Сложно было даже добраться до райцентра Кульсары. Как сейчас помню, когда в село прибыла первая полуторка, водил ее парень по прозвищу «Длинный Жексенбай». Все жители с интересом наблюдали за машиной. А почему водителя прозвали «Длинным Жексенбаем», потому что был еще второй Жексенбай, который работал водителем нашего отца, и он был ростом пониже.
В постоянных заботах и бессонных ночах, думах о благополучии колхоза отец набирался опыта и стал уважаемым в народе человеком, авторитетным руководителем, вдохновляющим окружающих на работу и помогающим дельным советом. Я упоминаю об этом потому, что когда я окончил школу, поработал, стал студентом Алматинского сельскохозяйственного института, то заново переоценил его работу. С самого начала отец понимал, что быть руководителем — не значит только давать указания. Прежде всего — это означало служить народу, быть в постоянном поиске, решать насущные проблемы. В то время старались обучать и воспитывать специалистов, а не увольнять за малейший промах. Мой отец часто повторял, что «обвинять легко, а понять трудно». И главным принципом правильного формирования экономики села он считал работу с кадрами, всестороннюю помощь и поддержку работников и умение направлять их деятельность в нужное русло.
В то время, учитывая, что производство мяса напрямую зависит от корма для скотины, 15 процентов расходов выделяли на уход за ней, 20 — на селекционные работы и 65 — на заготовку кормов. В результате проделанной работы колхозы района вышли на первое место, а нашему колхозу дали приз — недосягаемую для многих машину «Победа».
Жизнь колхоза улучшилась. Зарплату начали выдавать наличными. Были построены новые дома и сносились землянки. Появились школы, больницы, дома культуры, детские сады, торговые точки — и село преобразилось. Конечно, все это давалось самоотверженным трудом. Вместе с отцом почти круглосуточно работали над укреплением экономики колхоза активисты, руководители ферм — Капан Балжигитов, Султангали Таласов, Изтурган Болтеков, Жаксылык Оразгалиев, секретарь партийной организации Ахат Нурганов, бухгалтера Дузекен, Турым, Шохан, Отеп Бахуов, профсоюз — Толенов Жанабил и многие другие. Сейчас многие из них уже скончались, да будет земля им пухом.
Наш отец Жубандык, которого вывел на верную дорогу наш дед Таубай, потом помог найти правильный путь в жизни очень многим людям — друзьям, соратникам, подчиненным, соседям. Главное, несмотря на огромную занятость, находил время и для нас, детей, которых в семье было 11 человек. Не нотациями, не нравоучениями, а доверием, умением он мог понять наши желания. Но прежде всего своим личным примером научил нас жить по совести. Мы видели, каким уважением у людей пользуется отец. И хотели быть похожими на него. Сегодня нас осталось 10 детей. Моя сестренка Бакытты (Вера) умерла в 34 года.
Мы же (укажу по старшинству): Мусабек, я, Бакыт, Бактыбай, Бакбай, Санияш, Куан, Бактыкыз, Багзейин, Бактыгуль живем благополучно, трудимся, и, достигнув определенных успехов в профессии, вносим посильный вклад в развитие нашего общества и независимой страны. И хотя сейчас у каждого есть семья, дети и внуки — ведь старшей из нас 80 лет, а младшему — 50, мы и сегодня всегда верны и следуем заветам отца и каждый свой поступок сверяем с ним. И внукам своим накажем следовать принципам честности, трудолюбия, патриотизма в самом высоком понимании этого слова.

Бактыбек ТАУБАЕВ,
профессор кафедры
экономической теории
Атырауского государственного
университета имени Х. Досмухамедова

Поделиться с друзьями

Администратор сайта

Оцените автора
( Пока оценок нет )
Прикаспийская коммуна