Как стать фанатом своей профессии

kak stat fanatom svoej professii Актуально

О чем нужно знать студентам юридических факультетов при выборе профессии? Какие дела в суде самые сложные? Есть ли различия в вынесении решений со стороны мужчин-судей и женщин-судей? Интересуются ли судьи судьбами осужденных? Ответить на эти и другие вопросы мы попросили судью Атырауского областного суда Дину ТУХФАТОВУ.

– Дина Нурбулатовна, наверное, это непросто – принимать решения, вершить судьбы людей. А если решение принято неверно, то как судье жить с этим грузом?

– Принимать решение – большая ответственность. Но в моей практике не было решения, за которое я испытывала бы моральные терзания. Я не хочу сказать, что все эти годы проработала без единой отмены, изменения судебных актов. Например, кассационной коллегией в прошлом году был отменен оправдательный приговор. Впоследствии, при новом рассмотрении дела другим судьей, подсудимый также был оправдан.

Прежде чем поставить точку, меня тоже мучает вопрос – виновен подсудимый или нет. Я не желаю, чтобы по моей невнимательности, халатности кто-то понес наказание, взвешивая все «за» и «против», приходится искать истину, иногда бессонными ночами. В моей копилке немало оправдательных приговоров и приговоров с переквалификацией деяний на более мягкую статью с назначением соответствующего наказания.

Отмен, изменений принятых мною судебных актов вышестоящей инстанцией из-за сурового наказания либо незаконного осуждения не имело места.

По закону и без эмоций

– Бывает ли диссонанс между законом и эмоциональным побуждением склониться в ту или иную сторону?

– Каждая сторона пытается убедить суд в своей правоте и оказать какое-то влияние, каждый представляет свои доказательства и хочет, чтобы суд их принял и отверг доводы другой стороны. Судье надлежит знать профессионально, как строить взаимоотношения с участниками процесса, распознать манипулятора, который старается вывести из себя в своих целях и принять то или иное, но законное решение. Да, возможно, как обычный человек переполняюсь эмоциями. Но закон не позволяет вдаваться в них, он требует беспристрастности.

– Принято считать, что женщине более, чем мужчине, присущи милосердие и жалеющее начало, но никак не карающее, то есть быть судьей – неженское дело. Вы согласны с этим?

– Не согласна. Пол в профессии судьи не является значимой характеристикой. Наоборот, в судейском корпусе больше преобладает женщин. В апелляционной судебной коллегии по уголовным делам Атырауского областного суда на настоящий момент работают четыре судьи, и все они – женщины. В данной профессии нет разделения на мужчин и женщин. Нагрузка на всех одинаковая. Разве что только дома, где после трудового дня, несмотря ни на что, приступать к своим домашним обязанностям, и называется это у меня «ночная смена». Думаю, такая участь у всех женщин, не только судьи.

– Тем не менее, насколько разное восприятие судьи-женщины и судьи-мужчины? Например, перед вами мать, у которой нет работы, нет никаких перс­пектив, и она решается на воровство. Как ее рассудить?

– Закон не позволяет вдаваться в эмоции, кем бы ни был судья – мужчиной или женщиной. Отсутствие работы, другое социально-бытовое положение не даёт право человеку совершать преступление. При назначении наказания судом могут быть приняты во внимание те или иные обстоятельства в качестве смягчающих.

– Достижение статуса судьи – это верх карьерной лестницы?

– Да, пиком юридической карьеры является работа судьей, потому что от тебя зависит принятие судьбоносных решений, и приходится брать на себя ответственность за эти решения. Считаю, что должность судьи – это вершина профессии, поскольку только он разбирает споры между другими юристами и стоит в юридической иерархии на самой верхней ступеньке.

– А когда и как вы стали судьей?

– Я – судья, чей путь в профессию начался с секретаря суда, на которого была возложена вся работа районного суда – ведение делопроизводства, статистики, архива, своевременное направление участникам судебных актов и многое другое. В 1998 году сдала квалификационный экзамен в Квалификационной комиссии юстиции, штатная численность судейской должности тогда была не велика, свободных вакансий на тот момент по области не было. Если даже появлялись, то это были единичные случаи, информация о которых почти не публиковалась, социальные сети не существовали. Участвовать в конкурсах других регионов не позволяло семейное положение, дети были маленькими, к тому же пугала бытовая необустроенность, прежде всего, отсутствие жилья.

И вот в 2002 году начались реформы в судебной системе, увеличился штат в судах. На базе Балыкшинского районного суда был создан суд №2 г. Атырау, куда на должность судьи я прошла по конкурсу в феврале 2003 года и была назначена Указом Президента от 7 марта того года. Так я стала судьей спустя пять лет после получения положительного результата Квалификационной комиссии юстиции.

– Начав работать в судебной системе, вы, скорее всего, узнали жизнь во всем многообразии. При рассмотрении судебных дел люди открывались вам? С каких сторон?

– Жизнь многогранна, и она сталкивает с разными людьми. Встречаются и сутяжники, но, к счастью, их единицы. Часто были случаи, когда сторона удовлетворялась принятым в пользу его оппонента решением суда и выражала благодарность за то, что для него стало понятно требование закона, который, увы, не на его стороне.

Бояться не стоит

– По вашему мнению, что привлекательного в профессии судьи? На ваш взгляд, насколько опасна эта профессия?

– Самое привлекательное в профессии судьи и в то же время самое трудное – это необходимость принятия решений, хотя зачастую оно даётся нелегко.

Если судить об опасности, думаю, надо вести себя правильно – как при отправлении правосудия, так и в быту. Если судья своим поведением не поставит себя в какую-то двусмысленную ситуацию, то и бояться не стоит.

– У судей имеется специализация? Выбор остается добровольным, по желанию судьи или же существует принудительное распределение?

– В основном городские суды специа­лизированы на рассмотрении либо уголовных, либо гражданских дел, здесь же находятся специализированные меж­районные суды, в районных судах – общая юрисдикция, и судьи рассматривают дела по всем категориям. Нельзя сказать, что существует принудительное распределение дел, они распределяются автоматическим способом по программе «Төрелік», и вмешательство в эту электронную функцию просто невозможно.

– Расскажите о первом судебном деле, где вы выступили в качестве судьи. Как оно проходило? Каков был результат?

– Я работала в районном суде более пятнадцати лет, где рассматривала все категории дел: уголовные, гражданские, административные. Как уже сказала выше, свою судейскую карьеру я начала в суде №2 г. Атырау. Тогда это был суд общей юрисдикции. После того, как приступила к своим обязанностям, я получила дела вышеуказанных категорий, среди которых было уголовное дело об убийстве. Ситуация была следующая. Нигде не работающий, ведущий разгульный образ жизни молодой человек поссорился со своим отцом. В ходе словесной перепалки он схватил со стола нож и воткнул его в грудь потерпевшего, в результате которого последний скончался на месте. Подсудимый признал вину, проявлял раскаяние, просил максимальный срок наказания за содеянное. Мне было очень жаль представителя потерпевшего – его супругу, мать подсудимого. Каково ей потерять мужа, в то же время посадить сына? Она была убита горем с потерей кормильца, но просила снисхождения к сыну. Подсудимому было назначено наказание в пределах санкции статьи. Приговор обжалован не был.

– Сколько всего вами рассмотрено судебных дел? Какой процесс вам показался наиболее сложным?

– Назвать точную цифру не могу. Что касается сложных, то каждое дело индивидуально, для меня нет простых или сложных. Даже бракоразводные дела иногда представляют определённую сложность. В таких делах встаёт вопрос об определении местожительства детей, судьбами которых иной раз спекулируют родители, реализовывая свою месть друг к другу. Не менее сложны дела о лишении родительских прав, где также определяется судьба маленького человечка. Приведу пример. Иск был подан прокурором в отношении женщины, имеющей пятерых несовершеннолетних детей, злоупотребляющей алкогольными напитками, о лишении родительских прав. С трудом, мерами принудительного привода участковыми, ответчик была доставлена в суд. Несмотря на её непристойный вид, дети бросились обнимать мать, просили суд не разлучать их с ней, и что лучше её для них мамы нет. Если удовлетворять требование прокурора, детей необходимо было определять в детский дом, на что решиться мне при увиденных обстоятельствах было тяжело, тем более видя слёзы детей. Родных у них не было. Откладывая несколько раз судебный процесс, я дала возможность ответчику прий­ти в себя, она обещала исправиться. Впоследствии она вылечилась от алкоголизма, устроилась на работу и занялась воспитанием детей.

Худой мир лучше доброй ссоры

– Какой судебный процесс вам больше всего запомнился? Вообще, судьи интересуются судьбами осужденных, или все строится по принципу: осудил, посадил и все?

– Интересных дел было много. Например, уголовное, довольно сложное дело о получении взятки должностным лицом финансовой полиции. Я чувствовала невиновность подсудимого, но в этом нужно было убедиться. Многочисленные процессуальные нарушения со стороны следственного органа, шат­кость доказательственной базы, монтаж видеофиксации момента задержания подозреваемого, противоречия в показаниях свидетелей, непризнание своего почерка и подписи заявителем послужили бесспорными основаниями вынесения оправдательного приговора. Это был первый по республике оправдательный приговор за коррупционное преступление, который был опротестован вплоть до вышестоящей инстанции и оставлен без изменения.

Следить за дальнейшей судьбой осуж­денного, конечно, не представляется возможным. Этой функцией наделены другие органы. Но, тем не менее, когда встречаются сведения об исправлении осужденного, в социальных сетях некоторые пишут о своей дальнейшей благополучной судьбе со словами благодарности в адрес суда, получаешь удовлетворение тем, что человек осознал содеянное, понял, что понёс наказание не без основания.

 – Есть ли возможность избежать судебных процессов и решить спорщикам свои проблемы другим путем?

– Для досудебного урегулирования спора, разрешения социальных вопросов, сохранения стабильности и согласия в обществе идёт широкое применение института медиации, созданы Советы биев, которые разъясняют сторонам возможность решить спор мирным путём. Ведь не зря гласит пословица «Худой мир лучше доброй ссоры». Даже если дело и дошло до суда, оно в первую очередь попадает судье-примирителю. В уголовном судопроизводстве также возможно прекращение уголовного дела путём медиации по преступлениям небольшой, средней тяжести, не связанным с причинением смерти, если лицо, совершившее преступление, примирилось с потерпевшим, заявителем, в том числе в порядке медиации, и загладило причиненный вред.

– Вы работаете не один десяток лет в судебной системе. На ваш взгляд, за это время законодательство сильно изменилось?

– Да. Жизнь не стоит на месте, идет развитие общества и государства, появляются новые информационные технологии, законодательство под них подстраивается, принимаются новые законы, добавляются какие-то нормы, что-то исключается. Так, в связи с введением нового Административного процедурно-процессуального кодекса Республики Казахстан, с 1 июля заработают новый суд и коллегия, куда на настоящий момент Высшим судебным советом Республики Казахстан объявлен конкурс.

– А стремление судей к самообразованию поощряется?

– Самообразование – безусловная профессиональная обязанность, и за это нет поощрений. Ведь карьера судьи предполагает наличие многосторонних знаний. Законы меняются десятки раз, надо следить за этим, уметь правильно, справедливо применять их, а для этого необходимо качественное, фундаментальное образование. Поэтому судье постоянно необходимо заниматься повышением своего образования, но и не упускать из внимания художественную литературу. Работа судьи к тому же – творчество. Рассмотреть дело – это одно, надо же написать судебный акт, в котором отражаются установленные обстоятельства, даётся им оценка, мотивируются выводы. Любой принятый судебный акт должен быть изложен на языке судопроизводства, в ясных, понятных выражениях, без излишних повторов тождественных по смыслу фраз и громоздких предложений, с соблюдением последовательности, чтобы каждое новое положение вытекало из предыдущего и было логически связано с ним. Как видите, всё это требует большого багажа знаний.

Кроме того, судья не реже одного раза в три года проходит повышение квалификации на базе Академии правосудия при Верховном Суде Республики Казахстан. Учебным центром областного суда в онлайн-режиме проводятся лекции по актуальным темам.

Невзирая на плюсы и минусы

– Требования к судьям сегодня изменились в сравнении с тем периодом, когда вы начинали свой профессиональный путь?

– Полагаю, что требования к судьям как сейчас, так и тогда, когда я стала судьей, особо не поменялись. Изменилась лишь процедура отбора лиц, желающих стать судьей, которая прописана в Конституционном законе «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан».

– Могли бы вы с высоты вашего профессионального опыта дать совет нашим читателям – студентам юридичес­ких факультетов, интересующимся профессией судьи: чему им уделять особое внимание в период обучения, какие книги по профессии читать, на кого ориентироваться, к чему быть готовыми?

– Хочу пожелать удачи всем тем, кто хочет стать судьей. Советую стараться получить фундаментальное образование, следить за изменениями в законодательстве, не останавливаться на достигнутом. Не стесняться начинать с малого, любить выбранную профессию, невзирая на все её плюсы и минусы. Порядок отбора и назначения на должность судьи регламентирован Конституционным законом «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан». Данный закон подробно разъясняет, как стать судьей. Нужно быть готовым к нерегламентированному рабочему графику и уметь писать, поскольку предстоит принятие решений, оформление которых займёт не один час и не одну страницу.

– Надо еще помнить, что придется ограничивать себя в общении, судья – человек публичный и должен заботиться о своей репутации и общественном мнении…

– Судья, кем бы он ни был, должен нести бремя некоторых ограничений: вести себя подобающим образом как при отправлении правосудия, так и в быту, должен быть чист в плане соблюдения законов. Эти нормы прописаны в Кодексе судейской этики. Нарушение этих требований влечет ответственность, поскольку это дискредитирует не только судью, но и всю систему правосудия в целом.

А на работе есть время, чтобы судья мог попить чай?

– Рабочий день судьи всегда загружен – что в первой, что в апелляционной инстанции. Многие мои коллеги, в том числе и я, приходят рано на работу, а уходят поздно – такова реальность. Судебные заседания проходят с 9.30 до 18.00, порой до 19 часов. Поэтому часто приходится задерживаться либо выходить на работу в один из выходных дней.

Времени на чаепитие почти не остаётся, разве что по большим праздникам. Но общение с коллегами просто необходимо, ведь оно сближает нас. Раньше старались уделять этому время, сейчас такое удовольствие стало очень редким случаем, возможно, не только из-за загруженности, но и из-за эпидситуации, не хотим подвергать друг друга опасности, здоровье каждого важнее.

– Приходится ли вам брать объемные тома документации домой, чтобы изучить их в выходные дни?

– Раньше, работая судьей первой инстанции, приходилось на выходные брать дела с собой для изучения, составления судебных актов, так как дети были школьниками, и им тоже хотелось уделить внимание. Сейчас я так не делаю, лучше останусь после работы, поработаю в выходные, сколько бы на это времени ни требовалось.

Тыл судьи

– Встречаетесь с друзьями и близкими людьми?

– Я люблю приглашать в гости родных и друзей, радуюсь их визитам ко мне без приглашения, никто из них не является для меня «незваным гостем». Конечно, хотелось бы почаще быть с ними, общаться. Однако, в связи с карантинными мерами, с прошлого года приходится ограничивать встречи, ещё раз повторюсь в целях безопасности здоровья окружающих. Могу только навещать маму, брата, который живёт с ней, да и то не часто.

– Расскажите о своем тыле. Как вам удается совмещать работу судьи и семейные хлопоты? Как семья относится к вашей суперответственной работе?

– Мой тыл, конечно, семья. Родные помогают мне во всем. Дети уже взрослые, они и сами справляются по хозяйству. Было время, когда они были маленькими, приехав домой с работы за полночь, приходилось успевать проверить выполненные ими домашние задания, приготовить на следующий день обед, ужин, поспав 2-3 часа, кормить завтраком и выезжать на работу.

Супруг с пониманием относится к моей работе, так как сам юрист. Но в дела друг друга мы не вмешиваемся, у каждого из нас своя территория.

– Где вы черпаете вдохновение для работы? Как вам удается справиться со стрессами? Работа судьи не просто сложная, а подчас неблагодарная, каждый день приходится общаться с разными людьми. Это же требует огромных душевных сил…

– Без стресса в нашей работе не получается. Порой бывает жалко сторону, но закон — превыше всего, или лицо, совершившее преступление, оказалось не в том месте, не в тот час. И, конечно, это приводит к внутренним переживаниям.

Справиться со стрессами мне помогает моя семья, дети, которые и вдохновляют меня. Прошлая неделя была сложная, к её концу почувствовала бессилие, усталость. Дома меня встретила дочь с букетом моих любимых цветов – пионами, просто так, для моего настроения. Вы знаете, у меня наутро появилось столько энергии и положительных эмоций, что я с удовольствием пришла на работу, закончила недоделанное, запланированное и за 1-2 часа справилась со многими поставленными задачами.

– Дайте совет, как избавиться от профессионального выгорания людям разных профессий?

– Универсального рецепта я не знаю. Думаю, одна из причин профессионального выгорания на работе – малоподвижный, сидячий образ жизни. Лично я сама занимаюсь каким-нибудь любимым делом. Если взять хобби, я читаю или готовлю что-нибудь вкусное. Да, люблю это делать, печь вкусности. Раньше это у меня часто и лучше получалось (улыбается).

– Если бы можно было начать всё сначала, повернуть время вспять, вы бы снова выбрали профессию судьи?

– Несомненно. Я – фанат своей работы, поэтому не представляю себя в другой профессии.

Поделиться с друзьями

Заведующая отделом экономики и права

Оцените автора
( 2 оценки, среднее 4 из 5 )
Прикаспийская коммуна
Добавить комментарий