Вспомним о тех, кто командовал ротами…

 В Великой победе в Отечественной войне немалый вклад и казахстанцев, атыраусцев. В том числе и выпускников Гурьевского военно-пехотного училища. Гурьевское военно-пехотное училище уже в 1942 году входило в Действующую армию.

 Оно готовило младших лейтенантов — основу офицерского корпуса Красной Армии. И подготовило (с учетом времени дислокации училища в Астрахани) примерно четыре тысячи младших офицеров пехоты, которые храбро сражались на фронтах Великой Отечественной. Начинали с окопов Сталинграда, командовали взводами и ротами на огненной Курской дуге, форсировали Днепр, Вислу, Дунай и Одер, пронесли Знамя Победы до поверженного Берлина. Они были в самой гуще сражений. По статистике, на фронте каждые две недели назначали нового командира взвода пехоты — взводный был либо убит, либо в лучшем случае, — ранен. Не единожды находила вражеская пуля и нашего земляка Сергея Михайловича Харкина.

КУРСАНТ ГУРЬЕВСКОГО ПЕХОТНОГО 

 Он прошел красивый ратный путь. И начал его вместе с первым выпуском. Нужно отметить, что в первом выпуске было только три человека, удостоенных звания лейтенанта. Так руководство отмечало их особенно высокое мастерство и дисциплину. Лейтенант Харкин был в их числе. Наверное, ему помогло то, что еще до войны он прошел срочную службу — в погранвойсках Туркестанского военного округа. И хотя и пели они, шагая на строевые занятия «Если завтра война, если завтра в поход, если черные силы нагрянут, как один человек, весь советский народ за свободную Родину встанет», никто не думал, что так скоро это случится. И вернулся Сергей в свою родную Яманку, к своей очень мирной профессии — бухгалтера.
Как только прозвучали первые сообщения, выступление Молотова о начале войны, он отправился в военкомат. Но его не пустили на фронт, так как и здесь нужно было кому-то организовывать, готовить бойцов, многие из которых и винтовки не видали. Только через год появилась положительная виза на его очередном рапорте, которыми он закидывал руководство. Но его снова не на фронт направили, а в училище, которое сформировали в Гурьеве. Сергею было несколько полегче, он хорошо усвоил и воинскую, и строевую подготовку. А вот молодым ребятам не так-то легко давалась воинская наука. Вот как вспоминал об этом периоде Сергей Михайлович. «Возле столовой стояли турники, и каждый курсант перед входом в столовую должен был подтянуться не менее трех раз. Затем шли на занятия на полигон — в 6 километрах от города. Часто по непролазной грязи. На занятиях учились ползать по-пластунски, с вещмешком за плечами весом в 16 кг (в мешки насыпали песок), прыгать через окоп шириной в 60 см, который сами и вырыли предварительно, прыгать через окоп с огнем, на чучелах из соломы учились штыковому бою. Во время учений делились на две группы, одна должна была обнаружить «противника», уничтожить его или взять в плен. После занятий до города бежали бегом, где ждал обед. …А потом снова занятия. Учились разбирать и собирать с завязанными глазами оружие: револьверы, винтовки, станковые пулеметы. Я когда видел, что кому-то особенно трудно, старался поддержать. Когда потом шли в казармы, до отбоя в 23.00 было время на самоподготовку, политмассовую работу, мы вновь и вновь отрабатывали упражнения. Так же поступали и А. Скоробогатов, М. Дукмас. Когда нас выпускали из училища, то всем троим предложили остаться инструктором — обучать вновь призванных курсантов, но мы все попросились на фронт. И 23 декабря 1942-го нам были вручены предписания в распоряжение штаба 51-й армии Южного фронта. И он был зачислен командиром стрелкового взвода 148-го гвардейского полка 50-й гвардейской дивизии. Вот где пригодился ему опыт подготовки бойцов, воинское мастерство. Его взвод отличался дисциплиной и отличным выполнением заданий. 19 июля 1943 года 51-я армия получила приказ прорвать сильно укрепленную оборону немцев западнее Ворошиловграда (ныне город Луганск) и выйти к городу Сталино (ныне Донецк). А взводу Харкина было приказано выбить немцев с сильно укрепленных позиций у железнодорожного узла Штеровка. Несколько раз поднимался взвод в атаку, но кинжальный огонь со всех видов оружия снова и снова заставлял отступать. И все-таки удалось совершить прорыв между флангами, откинуть врага, но именно в этот момент… взрыв мины, радужные круги перед глазами и очнулся в госпитале.

ТЫ УВИДЕЛ БОЙ, ДНЕПР, ОТЕЦ-РЕКА… 

В родной полк вернулся, когда он был уже под Николаевом. Радость встречи удвоилась от того, что ждала здесь Сергея Михайловича награда — орден Красной Звезды и …новое назначение — командиром роты.
На подходе к Днепру немцы сопротивлялись особенно яростно, выполняя приказ фюрера, немцы отходили только с боями, блокировали прорывы в обороне танковыми соединениями. Но так было велико стремление наших солдат выйти к широкому, могучему, родному Днепру, что бессильными были и отборные части, и танки врага. Вот как вспоминал эти бои сам Сергей Михайлович.
«В рукопашной схватке под селом Нижний Рогачик с группой бойцов мы отрезали путь отходящим немецким тыловым частям, уничтожили немало фашистов, отбили обоз с продовольствием и боеприпасами. Пришлось и врукопашную сразиться. Я лично уничтожил двух фашистов, которые отбивались особенно упорно.
К Днепру вышли 13 февраля 1944-го, сразу хотели форсировать реку на подручных средствах. Но не вышло: враг обрушил на нас мощный огонь артиллерии и авиации. Одиннадцать попыток нашей роты переправиться остались безрезультатными. Примерно в 10.00 часов утра прибыл к нам командир полка М.В. Артюхин и обратился непосредственно к бойцам, объяснил, что от нас, первой роты, командование ждет, что мы покажем другим пример… Как мыслите двенадцатое десантирование?
Решили, что на четырех рыбацких лодках, под моим командованием, начнем переправу под прикрытием огня всей роты и приданных средств. Воспользовавшись туманом, скользнули к берегу врага. И уже вскоре к огневому валу роты добавилось и 20 автоматных очередей с лодок. У самого берега на моей лодке разнесло в щепы весла и ранило одного из бойцов. Прыжок в ледяную воду, бросок к береговым дюнам. Наша отчаянная смелость показалась врагу наглостью, парализовала волю. И этим моментом воспользовались наши товарищи, вся наша рота, а затем и весь полк оказались на плацдарме, отбитом нами».

И ВЕЛИ ФРОНТОВЫЕ ДОРОГИ

За эту операцию — умелое форсирование Днепра и личную храбрость старший лейтенант С.М. Харкин был награжден орденом Александра Невского. (Согласно статусу, орденом Александра Невского награждались офицеры Красной Армии за проявленную инициативу по выбору удачного момента для внезапного, смелого и успешного нападения на врага и нанесение ему крупного поражения с малыми потерями для своих войск; за успешное выполнение боевого задания с уничтожением полностью или большей части превосходящих сил противника. Всего за годы войны орденом Александра Невского было произведено около 42 тысяч награждений советских воинов).
А потом были еще десятки боев, сотни километров фронтовых дорог. Потери друзей. И новые победы. И слезы радости на лицах людей, вызволенных из фашистской неволи.
Запомнился Сергею Михайловичу переход через границу Восточной Пруссии: «Трудная это была операция. Немцы не хотели сдаваться, хотя, конечно, уже понимали всю бессмысленность своего упорства. Каждый населенный пункт приходилось брать с жестокими боями, теряя друзей, с которыми воевал бок о бок, прошел долгие фронтовые дороги. И все-таки 12 января 1945 года мы полностью прорвали оборону немцев. А 19 января в бою за город Набуджень я был тяжело ранен и эвакуирован в госпиталь в далекий тыл».
Уже в госпитале нашло его письмо замкомандира батальона В. Васина, в котором тот сообщал, что за прорыв вражеской обороны в твердыне фашисткой Германии Приказом Министерства Обороны СССР (в числе других солдат и офицеров) капитан Сергей Михайлович Харкин награжден орденом Отечественной войны второй степени.

ВЕТЕРАН ОСТАЕТСЯ В СТРОЮ 

Девять месяцев в госпитале …и приговор комиссии о демобилизации по причине состояния здоровья. Но не то время было, да и не тот характер гвардейца, чтобы довольствоваться такой ситуацией. Коммунист Харкин назначается на партийную работу в свою Яманку, а через 10 лет, как одного из лучших партработников его переводят завсектором учета в Балыкшинский райком, а затем в Гурьевский городской комитет партии. На давно заслуженный отдых ушел намного позже достижения пенсионного возраста.
Это был человек, живущий по законам чести и совести. Таким его воспитал отец, 30 лет проработавший директором Редутской семилетней школы, а вообще в системе образования более 50 лет. Михаил Филиппович одним из первых в области был награжден орденом Трудового Красного Знамени, медалью «15 лет Казахстана». Всех своих детей, а у него была большая дружная семья, он воспитал настоящими патриотами, трудолюбивыми и честными людьми. От такого крепкого корня и всходы были замечательные. Трое детей Сергея Михайловича, которых он вырастил вместе с супругой своей Евгенией Павловной, известным педагогом (кстати, старшая дочь унаследовала профессию мамы и дедушки, более 32 лет проработала в системе образования), подарили родителям десять внуков, правнуков. Так что есть кому продолжить дело отца и деда.
Пусть же неразрывной будет живая связь времен. И пусть вечно живет память о подвиге солдат Великой Отечественной.

Любовь МОНАСТЫРСКАЯ