­­В поисках РАЯ, или как выглядит АД: атыраучанка рассказала о жизни в Сирии

Сирия – место, откуда практически нет обратного билета, где по вине человеческой жестокости тысячи отцов и матерей потеряли своих детей, где каждый день из-за войны и болезней умирают невинные люди. Сегодня в гостях «ПК» – 26-летняя Малика, которая, прожив в «горячей точке» мира пять адских лет, вернулась домой живой и невредимой.

Вера молодая

Читать суры из Корана и совершать намаз Малика начала еще будучи студенткой. Проживавшие в съемной квартире соседки много говорили о религии, снабжали литературой об исламе. Именно от них Малика впервые узнала, что каждый мусульманин обязан совершать намаз. Так религия стала неотъемлемой частью жизни юной Малики. Однако родители такой новости не были рады. Постоянные конфликты и упреки со стороны родственников привели к побегу из дома.

– Подруга познакомила меня с моим будущим мужем, и я, не раздумывая, вышла за него замуж. Наверное, в первую очередь потому, что хотела уйти оттуда, где тебя не принимают и не понимают, – рассказала в беседе с «ПК» Малика. – В мои обязанности входило слушать во всем супруга и делать все, что он скажет. Он постоянно говорил, что то, что мы читаем намаз и постимся, не считается, так как мы живем в стране кафиров. Что нам следует уехать и жить в исламской стране, где нам будет хорошо, где будем чувствовать себя свободными и приблизимся к Аллаху.

Со старыми знакомыми и друзьями Малике пришлось отношения разорвать. Круг общения, естественно, сузился. Взбалмошных и веселых подруг сменили тихие молодые женщины в хиджабах.

После рождения первой дочери муж всерьез начал разговоры о Сирии, где исламское государство живет по законам Корана и шариата. Вскоре семья начала подготовку к переезду. Муж первым пересек границу террористической группировки ДАИШ (то же самое, что ИГИЛ – запрещенная в Казахстане экстремистская террористическая организация – Ред.), а вскоре и Малика вместе с двухлетней дочерью.

– Он часто мне звонил, звал к себе, говорил, что там хорошо, – вспоминает Малика. – И спустя два месяца мы вместе с дочерью направились к нему. Что здесь что-то не так, поняла не сразу, а когда узнала, я попросила мужа отправить нас обратно домой, но он категорически был против. А когда я спросила: что, если мы умрем? Он ответил, что это будет сделано ради Аллаха! За побег там (в ДАИШ – Ред.) казнят, поэтому искать дорогу домой было опасно.

Дети войны

Вместе с другими семьями, а среди новых жителей Сирии были молодые уйгуры, татары, узбеки и даже выходцы из Европы, которые, к слову, все были русскоязычными, поселились в каменных домиках, где зимой было холодно и сыро, а летом невыносимо жарко. Женщины общались только с женщинами, а мужчины – с мужчинами. О слове «цивилизация» в этих местах давно забыли или вовсе не знали. Не было в домах ни отдельных спален, ни кухонь. Помещения зимой отапливали дровами, углем, которые было нелегко достать. Воду привозили в 500-литровых бочках раз в неделю. Еду и гигиенические средства у местных продавцов они покупали на выплату со стороны какой-то организации, подробно о которой никому не разъяснялось. Взрослым выплачивалось по 30 долларов в месяц, детям – по 15.

Если слышался свист пуль или гул самолетов, это означало лишь одно – начинается бомбежка. Малика вспоминает, как дети вместе с родителями выбегали на улицу и начинали прятаться в окопах. Это единственное место, где, по крайней мере, было безопасно, так как если бомба попадала в дом, то существовал риск оказаться под завалами. Когда все вокруг стихало, люди постепенно выбирались из убежищ и продолжали повседневную жизнь. Было время, когда в окопах приходилось отсиживаться сутками. Малика помнит первый взрыв, когда на ее глазах гибли люди. Это был случай, когда все спали, внезапно на улице раздался сильный грохот, напоминавший землетрясение. Соседи выбежали на улицу. Там творилось что-то невообразимое. Люди кричали и звали на помощь. Как оказалось, в соседние дома попала бомба – и строения развалились как картонные коробки. Все, кто там был, погибли. Зрелище страшное, не для слабонервных. А что еще ужаснее – после приходилось откапывать людей из завалов. Однако со временем Малика привыкла к артобстрелам и сценам смерти.

– Питались в основном местной продукцией, но иногда запасы заканчивались, тогда нас ждали голод и холод. Бывали дни, когда мы сидели на одном рисе, не было дома ни картошки, ни лука. Дети засыпали голодными. Продуктов не хватало, доставались они в первую очередь людям, что сидят во власти, после, если что-то вообще оставалось, то и нам. В этих краях родилась наша вторая дочь. Кстати, роды, которые произошли прямо в доме, принимала женщина из Казахстана, работавшая в свое время акушером-гинекологом, – вспоминает наша собеседница.

Со слов Малики, семьи, где рождались дочери, должны были выдавать их замуж в 12 лет. Девочками ДАИШ это явление воспринималось как естественное. В 14 лет они уже рожали детей. Если муж погибал на войне, они выходили замуж во второй раз. Детей дальше двора они не пускали из-за слухов, что их крадут и продают на органы. Многих из них насиловали – местные безработные были способны на все.

Мальчиков тоже поджидала ранняя взрослая жизнь. Террористам все время не хватает солдат, воевать некому, а поскольку многие сирийские подростки не хотят участвовать в чужой войне и скрываются от властей, в страну пытаются заманить больше новых бойцов, и уж тем более с детьми. По словам Малики, когда ребенку исполнялось семь лет, его забирали из семьи в начальную военную школу. Однако новобранцев на поле боя отправляли не сразу. Сначала им доверяли посты, охрану каких-нибудь хранилищ. Естественно, вооруженные ребята быстро привыкали к жестокости. Абсолютно все дети, живущие там, не умеют писать, читать, считать, не могут различать цвета. Там нет ни школ, ни детских садов. Малышня в основном играет в войну, имитирует смерть, бомбежку, перестрелку. Конечно, все они постоянно подвергаются мощному психологическому прессингу, призванному создавать солдат для будущих сражений. Да и смерть не оставалась в стороне: на чужбине дети умирали от пневмонии или обычной диареи.

Побег в сундуке

– За пять лет нашей жизни в этих местах мы объездили всю Сирию и часть Ирака. Из-за постоянных бомбежек приходилось часто менять место жительства. Но меня никогда не покидали мысли о возвращении домой. Я экономила и откладывала деньги для побега. Я не падала духом, старалась всячески поддерживать связь с родителями. Для этого существовало специальное место, где можно было купить мегабайты для своего смартфона и созвониться, – продолжает молодая женщина.

Одним туманным утром Малика получила весть о смерти супруга. На это скорбное событие молодая женщина отреагировала спокойно, потому что в душе уже давно была готова. Следующий год она прожила вместе с другими вдовами, а затем вновь вышла замуж и родила сына.

– Когда родился сын, меня охватила паника, что за ним придут и заберут на войну. Тогда я твердо решила, что оставаться там нельзя, что пора искать дорогу домой, искать проводников. Но об этом открыто нельзя было говорить, – вспоминает она.

План побега из Сирии был продуман до мелочей. Сначала она связалась с родственниками и сообщила им о запланированном побеге, затем нашла проводника и окольными тропами добралась до цели.

– Когда нас посадили в машину, это был один из счастливейших дней в моей жизни. Вместе с нами ехали еще несколько узбеков и уйгуров. Всего 14 человек вместе с детьми. Всех детей усыпили димедролом, затем нас разместили в сундуке размером два метра на полтора. Нам помог водитель, перевозивший сено, которым и прикрыл сундук с нами. В полусогнутом состоянии, в удушающем страхе по пустынной дороге мы добрались до турецкой границы. Там я обратилась в сирийскую полицию, которая и вышла на связь с казахстанским посольством. Там же мы расстались со своими попутчиками и разъехались. Таким образом мы попали домой, – коротко объяснила Малика.

Сегодня молодая женщина продолжает обычную жизнь. Устроилась на работу, дети посещают образовательные учреждения.

– Слава Аллаху, все позади, иногда мне не верится, как мне все это удалось провернуть, наверное, мне помогли надежда, вера и любовь, – задумчиво изрекла она.

Динара КАНБЕТОВА

Administrator