ТЕХНОГЕННОЕ ГОРЕ ИЛИ БИОГЕННОЕ МОРЕ?

110628-03Сегодня можно со стопроцентной уверенностью сказать, что к казахстанской части Каспийского моря проявляется интерес не только локального, государственного характера, но и мирового уровня. Этот вопрос находится в поле зрения многих транснациональных нефтяных компаний – как действующих, так и не получивших свой кусок каспийского «пирога». Немалый интерес проявляют и независимые эксперты по нефтедобыче и экологии, в области научных изысканий. В настоящее время на Каспии развита весьма бурная деятельность. Именно отсюда и возникают проблемы, касающиеся сохранности этого уникального водоёма. Особенно в местах нефтяных разработок – они до сих пор остаются актуальными и пока ещё нерешёнными.
О сегодняшней ситуации, положении и охране Каспийского моря мы решили поговорить с директором экологического НПО «Глобус» Галиной Черновой.
— Что Вы, как специалист, можете сказать по поводу вопроса охраны окружающей среды в сфере нефтяных разработок на Каспии?
— Любые проблемы территории Каспийского моря, находящейся под юрисдикцией Казахстана, да и других стран, — это проблемы рационального поведения общества в биосфере. Причём, не только казахстанского, но и общества других четырёх прикаспийских государств, делящих с нами этот уникальный водоём. Касается ли это вопроса сохранения биоразнообразия в регионе, сохранения, в частности, осетровых, как уже исчезающего вида, проблемы определения статуса Каспия и развития международных вод или особых экологических требований в части разведки углеводородного сырья и вообще проблем нефтедобычи на Каспии? Несомненно! Население любого региона нашей планеты может существовать только в таких природных и экономических комплексах, которые делают жизнь человека здоровой, плодотворной и устойчивой. Другими словами, мы должны функционировать в биосфере таким образом, чтобы не наносить ей сколько-нибудь ощутимого вреда. То есть необходимо соизмерять наши потребности с тем, что природа нам может реально дать. Чего мы не делаем. Берём больше, чем надо, а обратно не возвращаем. В результате этого и происходят негативные процессы. Хорошо известно, что есть на нашей планете экосистемы, где природа должна потратить сотни и тысячи лет, чтобы восстановить уникальные ландшафты, природные резерваты, пейзажи в их неповторимой форме и многообразии. Каспийское море – одно из таких мест на планете Земля.
— Каспий – это геополитическая и экономическая точка соприкосновения стран Прикаспия. Что Вы можете сказать по этому поводу?
— Это не только геополитика и экономика. Здесь присутствует множество интересов. Сегодня Каспийское море привлекает внимание различных групп и слоев общества — здесь и власть, и бизнесмены, и стремительно развивающиеся в нашей стране экологические движения, ученые, крупные международные финансовые институты, выступающие совместно с нефтяными компаниями-инвесторами в проектах скорейшего освоения месторождений углеводородного сырья. Вообще, сейчас формируется новая экономическая политика, которая наступает только с позиций, сулящих сиюминутные выгоды. Мысль об экологии, о сохранении уникальных экосистем, каковым является древний Каспий, о сохранении биоразнообразия для будущих поколений здесь не присутствует. Общеизвестно, что богатые ресурсы в колониально ориентированных странах – искушение и серьезное испытание для элиты этих стран, которая стремится обогатиться немедленно. Бизнес-сектор, конечно, также исходит из соображений выгоды и коммерческих интересов, когда речь заходит об осетровых или колоссальных запасах нефти, сконцентрированных сегодня на дне Каспия.
— Но ведь существуют программы по охране окружающей среды, которые разрабатывают нефтяные компании. То же ТШО.
— Да. Но это, как правило, формальность. У нас нет ни одного положительного примера, когда бы действия транснациональных компаний по разработке тех или иных природных комплексов обеспечивали бы сохранение экосистем или хотя бы защиту и безопасность флоры и фауны Казахстана. Напротив, у нас есть многочисленные отрицательные примеры, когда при разведке или разработке в Прикаспии истребляются ареалы обитания редких и исчезающих видов животных и растений, исчезают целые экосистемы. От развития данных проектов в нашем регионе возникают серьезная угроза и риски: достаточно вспомнить гибель тюленей на Каспии в 2001 году, повторившуюся в 2006 году, а также подрыв промыслового значения кильки в 2003 году. Сюда же — сгоревших жаворонков, зябликов, варакуш на одной из скважин Кашагана весной 2005 года.
— Как можно рассмотреть Каспий с географической и политической точки зрения?
— Каспийское море – уникальный водоем по своим размерам, гидродинамике, биоразнообразию, месту в истории мировой цивилизации и множеству других показателей. Но с другой стороны, это — просто резервуар в степных и пустынных ландшафтах Центральной Азии, собирающий и накапливающий большой объем стекающих в него потоков различных рек. Каспий является обычным водным накопителем, терминалом рек Волги, Урала, Терека. Однако все события, происходящие в бассейнах этих рек, отражаются на нём, как на любом другом, подобном Каспию, водном аккумуляторе. Следовательно, проблемы Каспийского региона не могут рассматриваться отдельно или по частям: отдельно море, отдельно биоразнообразие, отдельно Северный Каспий, отдельно Южный и так далее. Нет и не может быть отдельного сектора на Каспии ни у России, ни у Туркмении, ни у Казахстана, ни у Азербайджана, ни у Ирана, так как все эти страны входят в единый Каспийский ареал. Тем не менее, сейчас все чаще звучат намерения некоторых реформаторов и части заинтересованного общества, когда предлагается отдельно решать проблемы управления водными ресурсами, отдельно – биологическими, отдельно спасать осетровых, отдельно проводить границы по дну Каспия, оставляя воду и биологические ресурсы в общем пользовании. Сейчас казахстанский сектор Каспийского моря разделен на три зоны — зону нефтедобычи, зону сбора углеводородов и нефтепереработки и зону транспортировки, в том числе с использованием международных транспортных коридоров. Однако мы не можем говорить о безопасности, в частности, при освоении Кашаганского месторождения, пока не решены вопросы управления рисками и угрозами, связанные с отсыпкой искусственных островов и разрушением гидродинамики в акватории Северо-Восточного Каспия, включая разрушение путей миграции осетровых, мест их нагула и питомников для молоди; с реально существующей проблемой нефтяных разливов и пожароопасных ситуаций в зонах абсолютного мелководья и высокой биопродуктивности. Это серьезный вызов, на который общественность никак не может получить полного ответа, и самое главное — адекватных решений и алгоритма действий от уполномоченных органов и оператора проекта – компании NCOC, пришедшей вместо Аджип ККО.
— Есть и непосредственная нагрузка на Каспий. В частности, по линии выбросов и сбросов загрязняющих веществ. Что можно сказать по этому поводу?
— Это подтверждено. Атыраускими природоохранными госорганами не раз фиксировались различного рода нарушения в этой сфере. Отмечались факты разлива химикатов и реагентов в море, нарушение донных отложений, взмучивание осадочных пород, проведение взрывных работ и сейсмических исследований, повлёкших за собой гибель некоторых видов животных. Отмечалось возрастание шума и вибрации при увеличении объемов судоходства, увеличение полетов вертолетов, использование судов на воздушной подушке с колоссальным нарушением норм шумовой нагрузки в зонах гнездования птиц и мест нагула осетровых. Также фиксировались взрывные работы на карьерах ракушечника, разрушившие естественный ландшафт этой территории, появление видов-вселенцев — гребневика Мнемиопсиса.
— Споры по поводу разработки месторождения Кашаган до сих пор не смолкают в среде атырауских экологов, госорганов и самих проектировщиков. С чем это связано?
— Вообще, могу сказать, что сам проект освоения Кашаганского месторождения до конца не проработан. Потому и происходят частые отступы и смена операторов. Весь процесс напоминает эксперимент — начиная от отсыпки искусственных островов, бурения 240 нефтяных скважин, строительства эксплуатационно-технологических комплексов (ЭТК), закачки сырого газа обратно в пласт до развития предполагаемой сети выкидных и внутрипромысловых нефтепроводов, которые по замыслу инженерной мысли консорциума должны буквально опутать и названные острова, и акваторию Северо-Восточного Каспия. Что в таком случае здесь уцелеет и что сохранится?! Не говоря даже о наличии реальной угрозы выхода сероводорода как из скважин, так и по путям газоразделения. Нерешенных вопросов с нефтяными разливами и пожарами на море при отсутствии системы государственного мониторинга в режиме реального времени – множество.
— Что Вы можете предложить по поводу решения проблем, связанных с освоением Каспия?
— Мы считаем, что необходимо создать Общественный форум прикаспийских стран для обеспечения полноценного диалога с добывающими компаниями и правительствами по вопросам, касающимся охраны окружающей среды и экологической безопасности, включая вопросы обеспечения населения водой. Продвинуть на уровне сторон Тегеранской конвенции вопрос о включении и участии представителей общественности в процесс переговоров по статусу Каспийского моря и другим важным вопросам развития региона. Плюс к тому, важно обеспечить полноценный государственный контроль над продвижением нефтяной экспансии на Каспии, а также над осуществлением проектов, грозящих геополитическими вызовами и экологическими кризисами. Здесь необходимо неукоснительное выполнение процедур и механизмов международного экологического права и национального законодательства (Конвенций, Протоколов, Экологического Кодекса Республики Казахстан, Концепции Устойчивого развития, Орхусской конвенции). Мы предлагаем разработать стратегии, программы и планы развития региона на основе рассмотрения различных альтернативных проектов, включая рекреационный, водный и экологический туризм, устойчивое использование биологических и иных ресурсов, прежде всего, в части восстановления рыбных запасов. И конечно же, разработать реальное управление угрозами и рисками, связанными с нефтяными разливами и пожароопасными ситуациями в акватории Северо-Восточного Каспия. Да, и ещё, необходимо решить вопрос гарантированного права населения Прикаспийского региона по доступу к питьевой воде. С этой целью необходимо восстановить всю систему международных договоров, а также обеспечить государственный мониторинг за состоянием акватории Северо-Восточного Каспия и трансграничных рек в регионе.

Евгений САМАРИН