Кашаган обложат налогом

Чуть больше месяца нефтяной мир обсуждает информацию о том, что сроки добычи первой нефти на шельфе Каспийского моря в очередной раз переносятся. А на этой неделе Правительство внесло предложение об установлении налога на добычу полезных ископаемых, в первую очередь на нефть, по прогрессивной шкале. Об этом журналистам в Алматы сообщили перед началом “круглого стола”, тема которого “Основные направления реформирования налогообложения”.
Налог уплачивается по каждому виду добываемых на территории РК полезных ископаемых, балансовые запасы которых установлены уполномоченным для этих целей госорганом. “Объект обложения — объем добытых углеводородов”. При этом согласно документу, ставки налога по нефти, включая газовый конденсат, будут устанавливаться по прогрессивной шкале с учетом объема извлекаемых запасов исходя из мировой цены.
Взаимосвязаны ли два этих факта — вполне возможный перенос сроков добычи и фактическое введение налога на добычу? И, главное, что волнует всех казахстанцев, а больше всего атыраусцев:
-Когда же реально мы получим кашаганскую нефть, а значит, и все причитающиеся нам налоги и иные поступления в бюджет?
Вот на эти два вопроса мы и попытаемся ответить, учитывая почти одновременное появление информации о переносе срока добычи и ведение налога на эту самую добычу.
Но прежде хотелось бы порассуждать: получим ли мы вообще что-то с Кашагана, учитывая тот факт, что любой перенос сроков добычи как бы автоматически увеличивает стоимость проекта, компенсировать затраты за который Казахстан будет именно сырой нефтью?
А, как утверждают «злые языки», нынешний оператор проекта может ещё пару раз отодвинуть сроки первой добычи, довести стоимость проекта до 200 миллиардов долларов. Итогом чего, если немножко утрировать, станет печальный факт: стоимость всей нефти Кашагана как раз и равняется стоимости потраченных на его освоение денег. То бишь, иностранные компании выкачают нефть, расплатятся сами с собой любимыми и сделают нам ручкой: пока, мол, дорогие казахстанцы, до новых встреч.
Разумеется, всё это, повторимся, звучит несколько утрированно. Что, однако, не меняет сути. Понимает это прекрасно и наше Правительство. Поэтому введение нового налога на добычу, ужесточение налоговых требований, изменения в ранее страшно лояльных к иностранным компаниям законов, думается, не простое совпадение. Это ответ на действия самих же инвесторов.
Давайте восстановим краткую хронологию этих действий. Даже далёкие от нефтяной тематики атыраусцы прекрасно помнят, что первую нефть нам обещали в 2005 году. Помним мы это не потому, что так уж хотим помнить начало добычи в уникальном природном заповеднике, каковым является мелководный Каспий. Просто нам было обещано, что с этого года в области многократно увеличится количество рабочих мест, в бюджет потекут реки поступлений, которые золотым дождём прольются на наши головы – только шляпу или рот подставляй. Увы, обещаниям иностранцев сбыться было не суждено. Сроки отодвигали на 2007, на 2008 годы. В последний раз, когда «Эни» заявила о том, что раньше 2010-2011 годов нефть добываться не будет, разразился мировой скандал. Мировой в буквальном смысле слова – его обсуждала вся нефтяная мировая общественность. По той простой причине, что впервые Казахстан громко и жёстко заявил, что такого безобразия не потерпит, и речь может идти о приостановке проекта, о смене оператора. Нормализовать скандал удалось путём длительных переговоров, результатом которых стали немалые уступки, на которые пошёл консорциум для нашей страны.
Но не утихли ещё эти страсти, как буквально недавно глава Минэнерго сделал сенсационное сообщение о том, что вполне возможно срок начала освоения Кашагана отодвигается еще на два года — 2012-2013 годы. Как сообщил глава МЭМР Сауат Мынбаев: “Они хотят перенести, у них есть разные сценарии — 2012-2013 годы, но мы достаточно жестко будем реагировать на последствия. Уже на этом этапе должны быть оговорены очень конкретные санкции”. “По срокам у нас есть вопросы, и мы их выдвинули, мы не намерены просто так сдавать этот вопрос в очередной раз”, — подчеркнул глава МЭМР. “Мы высказали свои возражения, которые сейчас обсуждаются”, — пояснил министр.
Не стало большим секретом, что консорциум в очередной раз предложил увеличить затратную часть проекта. Сумма не прозвучала. Но если исходить из того, что ещё в прошлом году была обнародована стоимость проекта в 137 миллиардов долларов, то, надо полагать, гипотетическая цифра в 200 миллиардов «баксов» не такая уж и нереальная.
Была ли предсказуема новая отсрочка? Мы, журналисты, конечно, не узкие специалисты-нефтяники. Но что-то видим, иногда думаем, а порой даже пытаемся анализировать. Так вот, бывая на Кашагане, наблюдая за темпами строительства завода «Болашак», мы всегда задаём друг другу вопросы: неужели всё это огромное хозяйство реально достроить и запустить к 2010 году?
И как это ни нескромно звучит, сами же и отвечаем: да нет, конечно, нереально.
Собственно, косвенно подтверждали это на различных переговорах и представители компаний Shell и ExxonMobil, называя более реальными даты 2012-2013 годы. Однако оператор проекта, итальянская «Eni», устами «Аджип ККО» пусть и тихо, но продолжала говорить о 2010 годе.
Зачем лукавила? А Бог их знает. А если и знает, то Всевышний молчит. А вот мы, да пусть уж простят нас итальянцы, очень сильно сомневаемся и в новых сроках отсрочки — 2012-2013 годах. Ну не верится, хоть убейте, что к этому сроку всё будет сделано.
К сожалению, это и моё личное мнение, и мнение многих других жителей Атырауской области поддерживают и специалисты. В Интернете, когда речь идёт о Кашагане, немало высказываний о том, что 2013 год – тоже не окончательный срок. Если в этом году нефть, дай, конечно, Бог, и начнут добывать, то лишь для отмазки – добудут сколько-то там тонн, и начнётся доводка хозяйства до кондиции. Это один вариант. А, скорее всего, и этой показательной добычи первых баррелей в 2013 году не будет. Как сообщил мой коллега из Алматы, специализирующийся на нефтяной тематике, «более реальным в кулуарах нефтяных корпораций называют 2015 год. Таким образом, долгожданную “первую кашаганскую нефть” Казахстан может получить на 10 лет позже первоначально оговоренного срока. Если учесть, что освоение крупнейшего месторождения на Каспии началось в 1997 году, то в целом, получается, что кашаганская эпопея подготовительных работ растянется почти на 20 лет».
И ещё одно личное наблюдение. Для атырауских журналистов компания «Аджип ККО» давно стала притчей во языцех вот по какой причине. Здесь невозможно получить ответа ни на один, даже самый пустяковый вопрос. И не потому, что атырауские сотрудники компании не хотят отвечать или не располагают информацией. По кем-то когда-то придуманному «закону» любой ответ они должны согласовать со всеми участниками консорциума. Ну и кому нужен ответ через месяц или два по событию, которое актуально сегодня, а то и вчера? Думаю, понятно, к чему я это вспомнил. Нет сомнений, что в затягивании сроков виноват не только оператор проекта. Но и вот эти бюрократические проволочки в консорциуме – если уж информация согласовывается месяцами, то что говорить о более серьёзных делах? Кто виноват в этом – непонятно. По крайней мере, когда был ОКИОК – такого не было. Может быть, осторожные итальянцы, не пожелавшие брать на себя ответственность даже по пустякам? Не знаем. Да и если бы знали, от этого вряд ли стало бы легче…
Вот такая ситуация сегодня вокруг гигантского Кашаганского месторождения, запасы которого, по некоторым оценкам, достигают 9 миллиардов тонн нефти. И эту нефть Казахстан хотел бы видеть не теоретически, скрытой под водами Каспия, а в трубопроводах по пути на мировой рынок. Не получается только вот пока. Поэтому Правительство и ищёт пути, как компенсировать пусть и косвенные, но потери, которые мы несём, не начав получать прибыль с 2005 года. И очень хорошо, что такой путь, при этом вполне цивилизованный, находится — это изменения в законах, введение дополнительных пошлин, налогов. Того, с чего мы начали этот материал. Участники консорциума, разумеется, всё это просчитают не раз. Главное, они поймут — затягивание начала добычи будет бить и по их будущим доходам.
Единственный вопрос, на который пока нет ответа: не ударит ли введение налога по небольшим или малорентабельным предприятиям и месторождениям? В первую очередь, в Макатском, Жылыойском, Исатайском районах, где работают отечественные нефтяники. Ведь за этими месторождениями – тысячи жителей окрестных сёл и аулов. На этот вопрос мы попытаемся ответить в ближайших номерах нашей газеты.

Виктор СУТЯГИН