524fdad1 5a27 4033 b7e3 c9652b992e58

Тенгизский кризис — первый бой на поле нефтедобычи?

Covid-19 стал причиной сокращения строительных и промысловых работ на крупнейшем нефтегазовом месторождении Казахстана – Тенгизе. Эксперты считают, что это может повлечь социальную напряженность, так, с месторождения уже высвобождаются десятки тысяч работников. В долгосрочной перспективе проект может и вовсе потерять свою актуальность из-за падения спроса на нефть, резкого колебания цен на сырье вследствие затянувшегося карантина по всему миру. На конец прошлой недели коронавирусная инфекция на Тенгизском месторождении лабораторно была подтверждена у 21 работника. Первые случаи заболевания здесь были зарегистрированы 8 апреля 2020 года.

Тогда же руководством генерального разработчика месторождения – компанией «Тенгизшевройл» (ТШО) – было принято решение начать вывозить персонал с территории Тенгиза, не задействованный в прямой производственной деятельности, а это свыше 17000 человек. Генеральный менеджер по связям с правительством и общественностью ТОО «Тенгизшевройл» Рзабек Артыгалиев объяснил СМИ, что временное снижение темпов работ и сокращение численности персонала на Тенгизе затронет как подразделения базового производства, так и проект будущего расширения (ПБР). Было принято решение приостановить все строительные работы на базовом производстве.  Тенгизское месторождение – это самое глубокое в мире нефтяное месторождение-супергигант, верхний нефтеносный коллектор которого залегает на глубине около 4000 метров. Тенгизский коллектор протянулся на 19 километров в длину и 21 километр в ширину, а высота нефтеносного пласта составляет 1,6 километра. Общие разведанные запасы Тенгизского месторождения составляют 3,2 млрд тонн (25,5 млрд баррелей) нефти. За 2019 год, согласно данным с официального сайта компании «Тенгизшевройл» (ТШО), здесь было добыто и реализовано 29,79 млн тонн сырой нефти, 7,9 млрд кубов сухого газа, 2,6 млн тонн серы. В конце апреля уже началось массовое тестирование работников подрядных компаний, задействованных на Тенгизе – тесты на коронавирус сдали 5000 человек. Остановится проект – люди будут без работы Председатель президиума Союза нефтесервисных компаний Казахстана Рашид Жаксылыков, один из тех, кто пристально следит за реализацией ПБР Тенгиза с 2018 года.

Он отмечает, что проект расширения Тенгизского месторождения предусматривает огромные инвестиции в $38 млрд. Его результатом должно стать расширение добычи нефти с 30 млн до 45 млн тонн в год. Это была бы огромная финансовая поддержка экономики Казахстана, плюс новыми рабочими местами были бы обеспечены не менее 10 тысяч человек. Реализация проекта намечена на 2023 год, однако уже сейчас, по словам Жаксылыкова, строительно-монтажные работы на Тенгизе отстают от намеченных сроков на 8 месяцев. Коронавирус внесет еще больше корректив в увеличение сроков реализации проекта.

«Проект будущего расширения обеспечивал работой свыше 40 тысяч казахстанских работников. Более 300 компаний были обеспечены работой в связи с реализацией проекта. Вклад в экономику страны был огромный. Но сейчас нас беспокоит то, что из-за распространения коронавируса возникла угроза остановки реализации ПБР. Это уже сейчас обернулось для Казахстана колоссальными потерями как в материальном выражении, так и во временном. Если же проект остановится, несколько десятков тысяч человек останутся без работы», – говорит Жаксылыков.

Он рассказывает, что при реализации ПБР Казахстан должен был заработать не менее $12 млрд. Предполагалось, что в нем примут участие казахстанские нефтесервисные компании, пройдут обучение ряд казахстанских специалистов. Но реального скачка в развитии казахстанского нефтесервиса, по мнению Жаксылыкова, проект не дал. Во-первых, проектирование всей документации происходило не в Казахстане – огромные деньги за проектные работы ушли иностранным компаниям. Второе, в реализации проекта не задействованы в полном объеме казахстанские заводы по производству металлоконструкций.

Эксперт отмечает, что «добивались, чтобы хоть одна казахстанская компания выступила генеральным подрядчиком во время строительства, но, к сожалению, этого не произошло. Нам удалось добиться, чтобы был создан огромный консорциум «Асар» во главе с турецкой компанией «GATE», куда вошли 12 казахстанских компаний. И именно этот консорциум стал генеральным подрядчик при реализации ПБР на Тенгизе,» – рассказывает глава Союза нефтесервисных компаний.  

Продажа сырой нефти – сомнительные деньги Профессор, доктор экономических наук Олег Егоров считает, что реализация проектов по увеличению добычи нефти в сегодняшних реалиях вопрос очень спорный. Он объясняет, что нефтегазовую отрасль лихорадит буквально во всем мире. Сложилась ситуация, когда цена добычи барреля нефти в несколько раз превышает цену его продажи.

«В третьей декаде апреля мы смогли увидеть плачевную картину, когда на Американской фондовой бирже торговали баррель нефть марки WTI за $2 доллара, в Европе $16 долларов стоил баррель нефти марки Brent, и 12 долларов – Urals (это и есть наша – казахстанско-российская нефть), – говорит Олег Егоров. – Цена на нефть смешная. Себестоимость ее добычи в среднем обходится в $27-35, а это в разы выше цены, за которую ее сейчас реализуют». Ученый объясняет, что казахстанский бюджет завязан на расчетах, что нефть будет стоить $50 долларов за баррель. В прошлом году Казахстан экспортировал 70 млн. тонн нефти, что соответствует, примерно, 500 млн. баррелей.  Наблюдающаяся волатильность цен на сырую нефть (средняя цена барреля составляет на конец апреля $22), закономерно отразится на уменьшении валютных поступлений в бюджет страны и в Национальный фонд — недобор составит миллиарды долларов. Егоров считает, что все страны, которые располагают серьезными запасами нефти, в период пандемии продолжат снижать объемы добычи. Те из них, которые в мае встретятся на заседании ОПЕК+, будут более сговорчивы в этом вопросе. И тогда рынок придет в себя: в июне, по прогнозам Егорова, мы будем иметь цену барреля нефти в пределах $ 40 долларов. По экспертному мнению, даже с учетом пандемии нельзя полностью сворачивать проект по увеличению нефтедобычи в Казахстане – ПБР Тенгиз. Но в сложившихся условиях необходимо уходить от перепродажи сырой нефти и интенсивно развивать многопрофильные объекты нефтепереработки и газохимии и начать работать над формированием в Прикаспийском регионе нефтехимических комплексов, которые смогут заниматься изготовлением полимерных изделий, пользующихся большим спросом на внутреннем и внешнем рынках.  А будет ли проект? Политолог Петр Своик в своих прогнозах относительно нефтегазовой отрасли более категоричен. По его мнению, низкие цены на нефть будут держаться достаточно долго, так как основные потребители сырья – США, Китай, Европа – уже накопили значительные объемы сырья, которого им хватит на несколько месяцев потребления.

В ближайшие несколько месяцев объемы добычи нефти будут только падать. «Уже в мае физические объемы добываемой нефти вынуждены будут войти в соприкосновение с реальным потреблением нефти. На всех месторождениях Казахстана придется сокращать добычу нефти. Это приведет если не к сокращению персонала, то к сокращению рабочего дня, понижению оплат труда персонала», – говорит политолог. Петр Своик объясняет, что коллизия ситуация такова, что Казахстан несколько лет вел переговоры с разработчиками месторождения Тенгиз, чтобы иностранные инвесторы вложили серьезные инвестиции в увеличение нефтедобычи. В 2016 года компания ТШО пошла на уступки и приступила к реализации ПБР. Но пандемия заставляет Правительство РК пересмотреть свои планы.  «Я сильно опасаюсь, что проект расширения Тенгизского месторождения реализуется, – говорит П. Своик, – прежде всего по политическим мотивам. Казахстан является участником сделки ОПЕК+ и взял на себя обязательства по сокращению объемов добычи нефти. И он будет их выполнять, чтобы не терять свои позиции на мировой арене».                   

ИАЦ является свободной площадкой для обмена мнениями. Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.   

Источник: ia-centr.ru