Как часто мы замечаем чужие эмоции, понимаем, что кому-то рядом плохо, тревожно, одиноко? Иногда первые сигналы проходят мимо, потому что кажутся «пустяком». О том, как не пропустить важные изменения в поведении подростков, что делать, если у друга появилось странное или тревожное поведение, и как говорить с ребёнком о смерти и самоповреждениях, мы обсудили с психологом Айгерим Ержановой.
– Какие первые «тихие» сигналы тревоги чаще всего пропускают взрослые?
– Обычно самые незаметные. Ребёнок становится тише, замкнутее, реже улыбается, теряет интерес к тому, что раньше радовало. Меняется сон: трудно заснуть, частые пробуждения или, наоборот, слишком долго спит. Меняется аппетит: ест без разбора или почти ничего не хочет. Всё чаще звучат слова вроде «я устал», «нет сил», «лучше без меня». Появляются резкие перепады настроения, вспышки раздражения или, наоборот, апатия. Он может уйти в одиночество, перестать общаться с друзьями, закрываться в комнате или «прятаться» за экраном телефона.
– Ещё в мои школьные годы было популярно романтизировать суицид и селфхарм (самоповреждение). Можно сказать, это стало своего рода культурой среди подростков. Насколько это опасно?
– Да, такая тенденция действительно существует, и она очень опасна. В соцсетях нередко создаётся иллюзия «красивой боли», когда страдание подаётся как эстетика, как способ выделиться или выразить глубину. Подростки в этом возрасте особенно восприимчивы, ищут идентичность, поддержку, ощущение «меня понимают».
Очень важно говорить об этом с подростками открыто и честно. Объяснять, что боль – не стиль, не тренд и не знак особости. За внешней демонстрацией страдания почти всегда скрываются реальные, тяжёлые переживания, с которыми можно и нужно работать, не в одиночку, а с поддержкой.
Многие подростки, с которыми мне доводилось работать, говорили одно и то же: физическая боль будто заглушает душевную. Эти слова звучат почти одинаково у разных детей, как выученная чужая фраза, чужая мантра. И это страшнее всего, потому что показывает, насколько глубоко в них проникает навязанная извне «поэтика боли».
– А если нет друзей или доверенного взрослого, к которому можно обратиться за помощью. Можно ли помочь себе самому, если появились мысли о суициде?
– Да, есть шаги, которые могут немного облегчить состояние, но важно понимать: в такие моменты человек не должен оставаться один. Самостоятельно полностью «вытащить» себя из этого очень трудно. Это не слабость, а особое состояние, когда необходимо вмешательство не просто школьного психолога, а специалиста, умеющего работать с суицидальными мыслями и поведением.
Первое, что стоит сделать — поделиться. Пусть это будет не обязательно близкий человек: учитель, сосед, родственник, консультант на горячей линии. Проговорить вслух – уже шаг к тому, чтобы стало чуть легче. Есть телефоны доверия, где отвечают люди, специально обученные слушать и помогать. Даже короткий разговор может вернуть ощущение, что тебя слышат и понимают.
Можно попробовать записать всё, что чувствуешь. Необязательно красиво и без ошибок, просто вылить мысли на бумагу или в заметки. Это помогает на время «разгрузить» голову, перестать крутить всё внутри.
Если рядом есть что-то опасное: острые предметы, лекарства, верёвки, важно убрать их подальше или попросить кого-то сделать это. В такие моменты нужно максимально снизить риск импульсивного поступка.
– Айгерим Жумабековна, а возможно ли предотвратить суицидальные мысли на ранней стадии?
– Да, можно. Суицидальные мысли не возникают внезапно, им почти всегда предшествует длительное чувство напряжения, одиночества, усталости, внутренней пустоты. Предотвратить их помогает не разовый разговор, а постоянная атмосфера доверия и принятия, когда ребёнок знает: его слышат.
Профилактика начинается тогда, когда ребёнку ещё до трудностей дают опыт: что о чувствах можно говорить, и это не вызывает осуждения, что эмоции – не слабость, а часть жизни, что боль и злость можно проживать безопасными способами через разговор, творчество, движение, что помощь просить не стыдно, а наоборот правильно.
– Что делать, если заметил странное поведение у друга?
– Самое важное — не пройти мимо. Если ты видишь, что друг замкнулся, отдалился, стал часто грустить, говорить мрачные вещи, или у него появились следы самоповреждений, попробуй мягко, без давления поговорить с ним.
Можно сказать, например: «Я волнуюсь за тебя. Ты для меня важен. Я рядом, и мы можем вместе найти взрослого, которому можно доверять». Иногда подростку самому трудно попросить о помощи, и тогда именно друг может стать тем «мостиком» к взрослому или специалисту, который поможет вовремя.
Даже один разговор, одно искреннее «Я вижу, что тебе тяжело» может стать началом пути к спасению. Не нужно быть психологом — достаточно быть рядом и не оставаться равнодушным.
– Какой профилактики не хватает среди молодёжи?
– Сегодня молодёжи не хватает не просто информации, а психологической грамотности, умения распознавать свои чувства, говорить о них и справляться с ними безопасно. В школах и колледжах нужна системная профилактика, а не разовые лекции для галочки. Подросткам важно не только слышать, что «надо держаться», но и получать реальные инструменты, как справляться со стрессом, тревогой, злостью, чувством одиночества.
Отдельное внимание должно быть к теме селфхарма. Если мы избегаем разговора, это не делает проблему меньше. Подростки всё равно ищут ответы, чаще в TikTok или на форумах, где контент подаётся романтизированно, и это опасно. Когда тема табуирована, подростки остаются один на один со страхом, стыдом и любопытством. Именно тишина вокруг темы повышает риск, а не разговор.
Иногда самоповреждения – это не желание умереть, а попытка снять внутреннюю боль, с которой невозможно справиться иначе. Повторюсь, многие подростки сами говорят, что физическая боль помогает заглушить душевную. Поэтому важно, чтобы рядом были взрослые, которые не осуждают, а помогают найти безопасные способы проживать эмоции и понимать, что помощь рядом, и она доступна.
Памятка для родителей
Как говорить с подростком о суицидальных мыслях, смерти и самоповреждениях
Если ребёнок поделился такими мыслями, то самое важное — сохранить спокойствие и контакт. В этот момент ему нужна не паника и не осуждение, а ощущение опоры и безопасности.
Говорите мягко, избегая фраз вроде: «Как тебе такое в голову вообще пришло?», «Ты что, с ума сошёл?» – такие слова лишь усиливают чувство вины и закрывают возможность доверия.
Вместо этого важны простые, поддерживающие слова: «Спасибо, что доверился», «Мне важно понять, что ты сейчас чувствуешь», «Я рядом, давай вместе искать выход».
Главное – слушать, а не допрашивать. Не пытайтесь сразу «исправить» ситуацию советами или морализаторством. Дайте ребёнку выговориться, показать эмоции, даже если они кажутся вам нелогичными или пугающими.
Следующий шаг – не замалчивать ситуацию и не пытаться справиться самостоятельно. Нужно обратиться к специалисту, который умеет работать с подростковыми кризисами.
Каждый подросток уникален, поэтому универсального сценария разговора не существует.
Алёна СОЛОДОВНИКОВА
