Тайна психолога

При аресте подозреваемого в преступлении его помещают в следственный изолятор. Следственный изолятор – это не тюрьма. В СИЗО сидят арестованные люди, находящиеся под следствием, а также осужденные – до перевода к месту заключения. Спецконтингент при его прибытии в следственный изолятор первым встречает психолог. Какую он выполняет задачу? Об этом рассказывает инспектор-психолог УГ 157/1 (следственный изолятор) лейтенант юстиции Индира Мурзагулова.

– Индира Байтемировна, в чем основная задача психолога, работающего в следственном изоляторе? В народе говорят, от тюрьмы и сумы не зарекайся, но вряд ли к такому исходу можно морально и психологически подготовиться…

– Работа психолога начинается с первых дней пребывания подследственного в карантинном отделении следственного изолятора и находящихся там осужденных, направлена на исправление человека. Проводим индивидуальные беседы. На каждого заполняем специальную схему изучения личности для дальнейшего психодиагностического обследования. После анализа проведенной работы составляем психологическую характеристику и даем рекомендации соответствующим отделам по основным направлениям воспитательной работы, отмечая факторы, на которые нужно обратить особое внимание. Например, вплоть до того, каким тоном разговаривать. Провожу беседы, мероприятия по снижению уровня тревожности, выясняю проблемы во взаимоотношениях с родными, друзьями, соседями, пострадавшими от преступления, их родственниками. Также осужденному оказывается психологическая помощь в вопросах профориентации.

– Какие эмоциональные проблемы испытывают подследственные?

– При поступлении в следственный изолятор они чаще всего пребывают в шоковом состоянии. Далее проводятся мероприятия по снижению уровня тревожности.

– Каким образом?

– Акцент делается на семье. Объясняем, что они нужны своим родным и близким людям, что там их любят и ждут.

– Какие психологические методы используете в работе?

– Психологическая работа организуется в индивидуальных, групповых формах на основе психолого-педагогических методов. У нас разработаны специальные тесты, направленные на выявление стрессоустойчивости. По компьютеру подследственный отвечает на вопросы, подсчитываем баллы, делаем выводы и к каждому подбираем методику, то есть свой ключик. Имеется специальная светозвуковая приставка, предназначенная для сопровождения звуковых записей светозвуковыми эффектами для координации движения человека.

– В чем отличие тюремного психолога от гражданского?

– Наши подопечные никому не доверяют. Поэтому при работе психологический контакт установить сложнее. При проведении воспитательной работы с осужденными мы строго храним профессио-нальную тайну.

– С какой категорией спецконтингента работать сложнее?

– С молодыми людьми, несовершеннолетними. Они подчас даже не осознают, где находятся, что у них жизнь изменилась, что своими действиями они принесли страдания своим родителям, пострадавшим.

С женщинами легче, они сразу начинают рассказывать о своих трудностях, с ними контакт доступнее. Мужчины не такие открытые.

– Среди ваших подопечных есть такие преступники, которые совершили тяжкие преступления, у которых руки по локоть в крови…

– Для меня важно, что они – люди, и им нужна помощь психолога. Главное, чтобы подследственные и осужденные не совершили суицид. И еще ставится задача – помочь осужденному стать полноправным членом общества, возвращение его к самостоя-тельной жизни в обществе.

– Были ли в вашей практике рискованные ситуации?

– За четыре года работы психологом нет. Постоять за себя смогу, регулярно занимаюсь физической подготовкой.

– Встречаете ли на улице бывших заключенных?

– Я иногда на улице вижу тех, кто вышел на свободу. Они здороваются, рассказывают, что им удалось найти работу и при этом не скрывают своей радости.

– С какими мыслями идете после работы домой?

– Помогла ли осужденным или подследственным в решении личных психологических проблем, во взаимоотношениях с родными, друзьями. И если видишь результаты своей работы, то на душе становится легче.

Светлана Новак